Воин-Врач III

Причем чей-то клинок сбил в полёте два других, никогда бы не подумал, что такое в принципе возможно. Но этот, лидерский, впился точно в то место, где должна была по логике и анатомии находиться голова вошедшего. Хотя видно было плохо: от неё меня враз отгородили выросшие за столом фигуры Гарасима и Ждана, вставшие не то, чтобы каменной, но очень труднопроходимой стеной. Особенно принимая во внимание оружие в руках. Буривой и Иван, сидевшие или лежавшие с разных торцов стола, оказались на ногах с такой скоростью, что я и приметить не успел. И у каждого в руках был посох. И для устойчивости, и для нанесения повреждений.

— Замерли все! Тихо! — рыкнул Чародей, кладя на стол собственный нож, занесённый было для броска. Потому что первый опознал в вошедшей фигуре лавку. Здоровенную, тяжеленную, из толстых досок. Именно она вошла первой. Значит, за ней был кто-то, кто мог, во-первых, догадаться зайти так, чтобы не умереть сразу и глупо, а во-вторых, просто поднять её и удержать на весу. — Лют, что стряслось?

— Прости, княже. Беда, — раздался из-за мебели голос начальника личной охраны великого князя и членов его семьи.

— Не томи! — теперь в голосе совершенно точно не осталось ни хмеля, ни, кажется, хоть чего-то человеческого. Расступились глыбы, Ждан и Гарасим, опустили руки остальные. И на их лицах тень того, что тут кто-то, возможно, некоторое время выпивал, исчезала на глазах. Сменяясь злой, яростной готовностью к действию.

— Ляхи, княже, много. От Люблина выступили, Припятью идут, Пинск прошли. Споро двигают, поспешают, — лавка отлетела в сторону, кажется, сломавшись о стену. Или то стена хрустнула?

Глава 8

Нападение и защита

— Так. Праздничек блыснул. Алесь, упредить древлян, если успеешь, и черниговцев, чтоб даже не думали соваться. Мы знаем и ждём гостей, помощи нам не нужно. Ставр, в новые земли дай знать, чтоб к Берестью выдвигались в треть силы, что дать смогут. Две трети пусть сторожатся по домам, да запасов побольше нагребут. Может, кого из наших ещё кормить придётся. Янко, подтяни своих, кто поближе — через пару дней надо будет пострелять возле Вышгорода с бережка высокого. Рысь, хватай своих и дуй к тому Вышгороду вместе с Прошкой-Трепачом и Сенькой-Тихарём, галопом. Места им там известные, промерянные не единожды, знать сами всё должны. Коли позабудут — ты напомни доходчиво, не робей. Ромку ко мне с Глебом!"

"То, как быстро подвыпившее сообщество превратилось в боевую машину, поразило. Даже как-то жалко стало лечебного напитка, который будто бы впрок потребляли немеряно героические заседатели. И который словно впустую пропал. Алесь вылетел из комнаты, едва не уронив Люта, с опасным и даже невозможным, пожалуй, градусом к горизонту.