Воин-Врач III

Много неожиданностей, страшных, фатальных, ждут вскорости императора и папу римского. Аня-сестрица всегда на новости нюх чуткий имела, это будто от батюшки нашего, деда твоего, Ярослава, досталось ей. Верно решила она на отчий дом, на землю предков повнимательнее присмотреться. Если хоть десятая доля того, чего про этого Всеслава говорят, правда — то чем раньше мы с ним дружбу заведём, тем нам же и лучше. А вернее всего бы и не дружбу даже. Подумать надо, сынок, как полезными ему стать. Подумать, да самим и предложить. Если правильно Аня-сестрица рассудила, то этот князь из тех, редких, кто добро помнит.

Они ещё долго говорили, разглядывая и перебирая дары, привезённые и врученные с честью и уважением странным бродягой, оказавшимся непобедимым богатырём. Что сопровождал в русские земли несметные сокровища, отнятые у латинян. Дерзко, смело, небывало, прямо посреди бела дня и мирных католических земель. Говорили, что собранное похитили слуги князя тьмы, Сатаны, вознесясь бесчисленными тёмными ордами из само́й Преисподней, побив без жалости многотысячную церковную стражу. Но Анастасия, королева Венгрии, помнила старое родное присловье о том, что у страха глаза велики́. И всем сердцем радовалась, что сыну её тот страх не передался. Шоломоном по совету епископа его решил назвать отец, король Андраш Белый. Она же звала первенца Сашей, Александром. В честь великого властителя и воина далёкого прошлого, сказки о котором сказывала ей давным-давно старая бабка. Постоянно веля помнить, что ничуть не меньше вели́к и грозен был и её, Настюши, собственный прадед. Святослав Храбрый.

По утреннему зимнему лесу, по петлявшей меж деревьев неширокой тропке-дорожке ползли сани. Тощая лошадёнка еле тащила порожние, что ж будет, когда хозяин наполнит их поклажей?

Казимир с семьёй жил в Свенцке, городишке на северо-западе королевства Польского, но за провизией часто выбирался к восточным соседям, племенам, что звали себя ятвягами. У лесных дикарей, что селились малыми хуторками-весками в глухих дебрях, всегда можно было разжиться мясцом, мёдом, воском, зерном и рыбой. Наверное, пан Бог по случайному недосмотру забыл направить бессловесное речное племя в реки ляшской земли, поэтому уловы возле Свенцка ни в какое сравнение со здешними не шли. Казалось, рыба тут сама из проруби выскакивала в сани рыболовов — так много её всегда было. Дичь водилась не менее густо. Дома тоже можно было наловить зайцев, а если повезёт — добыть и лесного короля, лося. Но рощи и бо́ры принадлежали панам и монастырям, и за охотой в них зорко следили слуги и монахи — можно легко было оказаться битому и без гро́шей. Не единожды по́ротый Казимир был трусоват, но считал себя хитрым.