Воин-Врач III

В городах они на диво хороши, звонята эти: ходят скрытно, видят-знают многое, а доведись рубиться — Ждановых некоторых за пояс заткнут. Наши-то в поле ратиться приучены, в лесах да сёлах. Города большие — дело другое.

Мне вспомнились рассказы «каскадёра»-полковника, почти теми же словами говорившего об отличиях городского боя или зачистки от работы в «зелёнке» или на караванных тропах. Я и подумать не мог, что в военной работе «спецов» столько тайн, нюансов и сложностей. Что, конечно, не было удивительным — моя работа всегда заключалась совершенно в обратном.

— Решим при встрече, как вам обмен опытом устроить, хорошее дело, полезное, — согласился Всеслав, глянув в моих воспоминаниях кадры с работой какого-то спецподразделения, занимавшего захваченное здание. И профессионально восхитившись быстротой и слаженностью действий вооружённых чёрных теней, лиц которых было не разглядеть за забралами штурмовых шлемов.

— Там ещё боярин один второй день к тебе попасть хочет, да всё никак, — вспомнил Гнат.

— Это который?"

"— Да этот, Микола Чудин. С которым до того, как на рыбалку к Вышгороду идти, разговаривал ты, — пояснил он. — Говорил, мол, беспокойство в городе зреет, дескать, отчалит по весне князь наш батюшка в свой далёкий Полоцк, бросит нас на произвол, наплевав на клятву — и всё. Налетят половцы толпой, придут Ярославичи опять, и будет всё, как прошлым летом, — нахмурился воевода.

— Это он так говорит? Или и впрямь весь люд киевский? Или только некоторые, да с его слов и за его деньги? — к концу фразы-уточнения сошлись брови и у Чародея

Всеслав, пользуясь вполне явными и наглядными примерами из моей старой памяти, совершенно точно представлял важность работы с «общественным мнением». Пусть и спотыкаясь о понятия вроде «имиджа» и «политтехнологий». Да и его собственная память знала массу примеров того, как правильно замотивированные люди творили чудеса, что на поле боя, что в мирной жизни. То, как он поднялся на киевский престол великого князя в прямом смысле слова из-под земли, было, пожалуй, одним из самых ярких. Долгая, кропотливая работа Гната и Яра-Юрия в связке с Буривоем показала всю силу и мощь «правильно нацеленных народных масс». И то, что кому-то ещё могло прийти в голову использовать их в собственных целях, удивления не вызывало. Вызывало желание мысли такие исключить. Вместе с той хитрой головой, если понадобится.

— Пару раз приносили сплетни, мол, бабы на торгу да на реке за стиркой судачили, — Рысь заметно напрягся и только что уши не прижал, почуяв перемену настроения друга. — К вечеру буду точно знать, какие именно бабы, да откуда у них ноги растут.