И один в тайге воин

— Что думаешь?

— А чего тут думать? Трясти надо, — автоматически буркнул Мишка.

— Чего трясти? — не понял офицер.

— Да так, к слову, — сделал вид, что смутился, парень. — Казаков поднимать надо. Точнее, пластунов.

— Ну, на этот случай у меня и своих людей хватит, — отмахнулся контрразведчик.

— А вот этого не надо, — возмутился Мишка.

— Ты уже и моим бойцам не доверяешь? — удивился офицер.

— Да при чём тут доверие? — отмахнулся парень. — Тут особые бойцы нужны. Которые по тайге правильно ходить умеют и места эти как свой кисет знают. Тут не количеством брать надо, а умением.

— А если их там десяток? — не сдавался контрразведчик.

— Да хоть два. Гранат на всех хватит, — отмахнулся Мишка.

— Я те дам гранат, — буквально взвился офицер. — Они мне все живыми нужны.

— Простые исполнители? Зачем? — развёл парень руками.

— Даже простые исполнители умеют слушать и думать, — ехидно ответил контрразведчик, постучав ему указательным пальцем по лбу. — А некоторые ещё и мне советы давать смеют.

— Тогда вашим людям по реке открыто идти, а нам с пластунами берегом, чтобы найти их. Но нам выходить раньше придётся.

— Пошли в кабинет. Думать будем, — улыбнувшись, скомандовал офицер и первым шагнул в двери.

* * *Проведённая контрразведкой операция оказалась почти провальной. И это не громкое заявление в местной газете, а свершившийся факт. Пока всё было на стадии планирования, жизнь внесла в дело свои коррективы. Казачья сотня ушла, а вместе с ней ушли и пластуны. Так что Владимиру Алексеевичу пришлось рассчитывать только на собственные силы, и в тайгу отправились два взвода солдат.

Сам Мишка от этого дела был отстранён, потому как эта операция проводилась имперской структурой и участие в ней гражданских не предусматривалось. Услышав такой ответ, парень только плечами пожал, мысленно проворчав: «Леди, покинувшая автомобиль, значительно увеличивает его скорость. А в переводе с английского, баба с возу — кобыле легче».

Так что теперь, мрачно разглядывая устало бредущую процессию, он только зло играл желваками на скулах. Увидевший его контрразведчик подошёл к парню и, устало вздохнув, медленно отёр посеревшее от усталости и напряжения лицо ладонью и тихо сказал:

— Вот уж не думал, что скажу это, но в следующий раз сделаю, как ты скажешь.

— Наших много погибло? — так же тихо спросил Мишка.

— Двое. И пятеро раненых, — вздохнул офицер. — Твою мать! Мне и в голову не пришло, что эти твари могут так хорошо ориентироваться в тайге, да ещё и воевать примутся так, словно родной дом защищают.

— А чего вы ожидали? — удивился Мишка. — Они в той местности уже неделю ошиваются. Не захочешь, а выучишь. А что отбивались, так оно и понятно. Им же за их преступления виселица корячится.