Вояж с морским дьяволом

Таня поднялась на верхний открытый этаж автобуса. Было почему-то ужасно приятно очутиться в одиночестве, самой по себе, без толпы прислуги. И без Ансара. Она устала от длительного плавания и радовалась, что оно подошло к концу. Но что будет с ней дальше?

Окружавшие ее в автобусе туристы со всех концов земли – от Китая до Италии – отчего-то показались ей чрезвычайно милыми. Они тараторили на разных языках и без конца снимали на фото– и видеокамеры разнообразные архитектурные чудеса столицы Каталонии – действительно, очень красивого города.

…К обеду Таня попала в парк Гуэль. Ее поразили разноцветные мозаичные ящерицы, колонны, панно, домики с гнутыми крышами. Было похоже на цветочный город из сказки про Незнайку.

Парк стоял на горе, а внизу, под ним, пестрел своими разноцветными крышами, спускался к морю удивительно доброжелательный город.

Таня поднималась по парку все выше и выше, туристов становилось все меньше.

В аллее одинокий мороженщик продавал свой товар. Садовникова вдруг почувствовала сильнейший голод и купила у него рожок ванильного. Зашла в пустой рукотворный грот, села на каменную скамейку и азартно вгрызлась в ледяную сладость.

В гроте показался мужчина. Он встал против света, и Татьяна видела только его силуэт. Однако фигура была удивительно знакома.

– Володя! – сама окликнула она его.

– Что вы сказали? – удивленно молвил тот по-испански.

Однако через секунду подошел ближе и сел рядом.

И в самом деле это был Владимир Чехов.

Неизвестно почему, Таня ему обрадовалась. Может быть, оттого что уже нескольких месяцев не встречала ни единого русского. Последним россиянином, с которым она общалась, был все тот же Чехов – тогда, на Мальдивах.

– Ты – как всегда!.. – со смехом молвила она.

– Как всегда, красив и элегантен?

– Как всегда, появляешься из ниоткуда. И исчезаешь в никуда.

– Делаю все возможное, чтобы повидать тебя, милая. Наедине.

– А ты знаешь, я очень рада тебе. Я ужасно соскучилась.

– Соскучилась – по мне?

– Не только по тебе. По России, по Москве, по русской речи. По родным соскучилась. По маме, отчиму. Даже по грязи нашей и по хамству.

Чехов с улыбочкой изрек:

– Штирлиц склонился над географической картой. Его рвало на родину…

– Какой же ты циник!..

– Это оттого, что я тебе завидую.

– Чему там завидовать?

– Как же!.. Путешествуешь на собственной яхте, куча слуг, ни в чем нет отказа, любовник – мультимиллионер… Кстати: как он как мужчина? Хорош?..

– Чехов! Что за вопросы ты задаешь девушке!..

– По-моему, нормальный вопрос между друзьями.

– А мы с тобой – друзья?

– Мы больше чем друзья. Мы – товарищи по работе. И напарники.

– И еще – я твоя шпионка.