Воевода

Что стало отрадой для Иоанна Васильевича…

– Боже, – наконец тихо простонал Сильвестр, – Государь, что ты от меня хочешь?

– Чтобы ты одобрил эту книгу.

– Я не могу.

– Почему?

– В ней написаны ужасные вещи. Особливо про церковь.

– О том, что она сплошь и рядом предавала светских владык?

– Да. – нехотя ответил патриарх. – Тоже убийство Льва Армянина – это… не нужно про это было писать. Зачем?

– Разве это не правда?

– Правда, но…

– Что «но»? Ты предлагаешь лгать? Выгораживать изменников? Неужели чувствуешь родство? А? – с нажимом произнес Царь, намекая Сильвестру на его измену. Ту самую, когда он отказался присягать ныне покойному сыну во время болезни Царя.

Патриарх вздрогнул.

Побледнел.

Поник.

А потом кивнув выдавил из себя:

– Хорошо.

– Не слышу?

– Хорошо, я одобряю эту книгу.

– Тогда напиши благословление, которое приложим к рукописи, и займись ее изданием. Печатным изданием.

Сильвестр молча и мрачно кивнул. А на душе у него было тошно. Сколько еще ему будут вспоминать тот эпизод? Ну оступился. С кем не бывает? Впрочем, с тем же Курбским за измену поступили не в пример серьезнее. Это немного успокаивало. Но лишь чуть-чуть…

– С этим покончили. А теперь я прошу тебя прочесть это. – произнес Царь, пододвигая ближе папку. Папки пока только Андрей использовал. Ну и кое-кто в приказах, в подражание ему. Но еще пока очень редко. Посему патриарх побледнел и чуть дрожащим голосом спросил:

– Что это?

– Описание преобразований, которые по моей просьбе написал Андрей.

– Но зачем?

– Поместное войско не годится для войны с западными соседями. И пришла пора от него отказываться.

– Но, Государь, – возразил патриарх. – Мы ведь разбили шведов, и они ныне просят мира[53].

– Разбили? – криво усмехнулся Царь. – Это была не война, а мышиная возня. Они подошли к Орешку и не смогли его взять. Мы подошли к Выборгу и тоже оказались бессильны. Столкновения малых сил шли без всякого прока. Ни мы, ни шведы не выставляли больших армий и не желали решительного успеха.

– Но мир…

– Прочитай. – с нажимом произнес Царь. – Я жду от тебя не мычания и глупых возражений, а дельных советов и замечаний о том, как это претворять в жизнь. Понял ли?

– Понял, – тяжело вздохнув ответил Сильвестр.

– А теперь давай поговорим об изменниках…

Эпилог

1556 год, 25 июля, Тула

Андрей вышел на крыльцо и невольно улыбнулся. Перед ними стоял Ермак со своей шайкой-лейкой, включая харизматичного и лихого Ивана-Кольцо. Ну и незнакомых лиц хватало. Хотя, как доложили воеводе, это была только малая часть.

– Василий сын Тимофея, давно мы не виделись!

– Давненько, – согласился тот, тоже улыбнувшись. – Ты, сказывают, уже дважды графом стал.

– Бог милостив, – добродушно пожав плечами ответил Андрей.

– Что верно то верно, – кивнул Ермак.