Сагертская Военная Академия

Почему? Потому что я хочу, чтобы моя Мэль участвовала в турнире. Иначе я рискую не сдержаться и совершить убийство. С особой жестокостью. А моя подруга все-таки поспокойней будет.

Гарт хмыкнул и, встав, отрывисто бросил:

— Фраган, проводи Нольвен.

С этими словами Дрегарт сотворил портал. Гильдас, коротко кивнув, подскочил к нам, подхватил охнувшую лисоньку на руки и исчез в портале. После чего капитан повернулся ко мне и задумчиво произнес:

— У тебя хорошие навыки взломщика. И необычный щит. Это можно использовать.

А я не знала, радоваться мне или огорчаться. Судя по всему, я — часть команды. Но какой ценой?

Глава 8

С этого дня для нас с Нольвен начались страшные боевые будни. Нам сочувствовал даже Лилей — он скорбно шелестел листочками и по вечерам тихонечко светился, чтобы нам было легче и приятней уснуть.

Вместе с нами страдал Волькан. Застенчивый неразговорчивый паренек пер вперед так, будто в конце турнира его ждет сундук с сокровищами.

— Одно радует, — задумчиво произнесла мрачная и невыспавшаяся Нольвен. — Завтра уже учеба. Сегодня получим учебники, бумагу и стилусы.

— И бумагу, чтобы обернуть учебники, — кивнула я. — Мне не хочется вставать. Все-таки это слишком жестоко.

— Гарт хочет знать предел нашей выносливости. И наших способностей.

— Мой предел был позавчера. — Я с трудом подавила зевок и выползла из кровати.

Путь мой лежал в ванную комнату. Как выяснилось, на каждую комнату приходилась одно небольшое помещение, в котором было все необходимое. Для того чтобы войти в него, нужно было выйти из комнаты, закрыть дверь, надавить на зачарованный сучок и войти снова.

Все это нам объяснил Волькан. Он не знал точно, как именно это устроено на женском этаже, но про мужской он знал все.

— И что хорошо, — говорил он, — что, когда ты внутри, никто другой туда зайти не сможет. Это же и плохо, поскольку и душевая, и, кхм, не душевая — все в одной комнате.

За то время, что мы мучились на полосе препятствий, наши костюмы изрядно истрепались. И мы с легкой насмешкой вспоминали слова бабушки о том, что одежда не мнется и не пачкается.

Вот и сейчас я смыла с себя сон, скинула в корзину для грязного белья использованные вещи и полотенца, переоделась и вошла в комнату.

— Никогда еще не ждала занятий с такой силой, — моя лисонька все еще страдала. — Мне кажется, Гарт мне мстит за то, что я подставилась под его удар.

— Я бы тоже мстила, — буркнула я. — Мне, знаешь ли, тоже было неприятно остаться в команде такой ценой.

— Ты преувеличиваешь. — Нольвен собрала чистые вещи, вытащила из шкафа полотенца и вышла из комнаты.

Я ей ничего вслед кричать не стала. Мы за прошедшие дни и без того достаточно спорили. Увы, моя лисонька была склонна считать оглушающее заклятье условно-безвредным.