Сагертская Военная Академия

На удивительно спокойного Дрегарта. Ох, а не он ли мне помог?!

Но я же почувствовала тень. Ощутила ее поверхностное дыхание, ее отстраненный интерес.

— Тем не менее вам придется дать пояснения. Катуаллон, объясните остальным студентам, почему у них ничего не вышло. Студентка Конлет — за мной.

Когда я уходила, Нольвен показала мне два больших пальца. А я только глаза закатила. Что хорошего-то? Как я объясню свой успех?

— Словами, студентка Конлет. Вы объясните этот феномен словами, — не оборачиваясь, бросил профессор.

— Я сказала это вслух? — осторожно уточнила я.

— Нет, — лаконично ответил он."

"Как выяснилось, у этого крытого полигона был небольшой закуток, где поместился крепкий стол и два стула. Ну и массивные шкафы с надежными дверцами и матово-мерцающими замками. Пахло в этой каморке кофе и сладковатым табаком. Хм, ректор заходил?

— Садитесь, квэнти Конлет, и кайтесь, — усмехнулся профессор и занял место за столом.

— А у вас тоже есть амулет правды?

Эдилхард как-то задумчиво хмыкнул и довольно обтекаемо ответил:

— Есть некая возможность отличить правду от лжи. Не всегда, но вот сегодня — есть. Итак, я вас слушаю.

Коротко кивнув, я решила начать издалека, чтобы по ходу рассказа сообразить, как умолчать об участии дяди Нольвен в моем образовании. Нет, ну мало ли что? Лучше уточнить в письме, можно ли говорить о нем, и тогда уже каяться по полной. Ведь, по идее, мы с лисонькой очень даже подходим под определение «недо-боевики» — или как там говорил ректор?

— Как вы можете знать, профессор, целители и боевая магия — два почти противоположных направления. Хотя в теории мы пересекаемся, ведь, чтобы достойно исцелять раненых и проклятых, лекарь должен знать всю подноготную проклятья или боевого заклятья.

Через пару минут, углубившись в историю развития целительства, я поняла, что у меня пересохло во рту.

— И таким образом, профессор, вы можете понять, что целителю необходимо изучать боевую магию не только по книгам и справочникам. Вы знаете, что, несмотря на общность, организм двух разных колдунов может дать различную реакцию на одно и то же заклятье. Особенно сильно этот момент иллюстрирует оглушающее заклятье.

Эдилхард, откинувшись на спинку стула и скрестив на груди руки, кивал в такт моим словам.

— Мне нравится ход ваших мыслей, квэнти Конлет, — произнес он наконец и насмешливо добавил: — Полагаю, в вашем становлении принимала участие не только Меровиг Конлет, но и Тирс Лавант.

Округлив глаза, я с легким придыханием произнесла:

— Мне приятна ваша оценка.

— Оценки я выставляю в журнал, — хмыкнул профессор. — Итак, у вас должен был не получиться теневой огненный шар.

— Не получиться?

— Не получиться, — кивнул Эдилхард. — Он ни у кого с первого раза не выходит.