Во власти соблазна

 – Фэнси вздернула подбородок – она выглядела гордой, даже потерпев поражение. – Прежде чем предпринять что-нибудь еще, я подумаю.

– Было бы неплохо извиниться перед Пэтрис. – Не сказав больше ни слова, директор Бишоп повернулся к ней спиной и ушел.

Фэнси вернулась в гримерку, чувствуя, что ее уверенность в себе пошатнулась. Директор Бишоп в общем-то прав. Она вела себя отвратительно. Опера – это серьезная работа, а не детская игра, и придется смириться с выходками примадонны до тех пор, пока ее собственная звезда не засияет гораздо ярче и не затмит Пэтрис. К чему эти разборки?

Если Фэнси лишится работы, все ее планы рухнут. Не имея источника дохода, она будет вынуждена выйти замуж, а мужчина сможет превратить ее в жертву любви. Как это случилось с мамой.

В воздухе запахло корицей, и Фэнси вспомнила няню Смадж: «Слушайся разума, дитя, но следуй за своим сердцем».

Что она делает, пытаясь избежать замужества? Слушается разума? Или следует за своим сердцем?

Выйдя из гримерки на последний поклон, Фэнси отметила, что примадонны на сцене нет. Ее охватило чувство вины за то, что она натворила, и девушка твердо решила, что извинится перед Пэтрис еще до того, как покинет сегодня театр. Может быть, удастся возобновить отношения.

Фэнси смыла грим с лица, и кожа ее запылала. Глаза девушки блестели от взволнованного предвкушения, пока она одевалась для ужина с князем. Фэнси выбрала темно-зеленое платье с вышивкой золотом – его вырез был очень высоким, гораздо скромнее, чем надела бы любая искушенная светская леди.

На пороге стоял князь, и его мужественная красота снова потрясла и восхитила ее. Он улыбнулся, показав свои ровные белые зубы. Этот мужчина совершенен во всем.

Фэнси решила, что он мог бы соблазнить и целомудренную монашку… но только не ее саму.

– Я сейчас видел директора Бишопа, – сказал Степан, входя в гримерную. – Он поморщился, когда я упомянул ваше имя.

– Директор сделал мне суровый выговор и строго предупредил.

– Я ведь советовал вам не совершать необдуманных поступков. – Князь Степан склонился над ее рукой. Его теплые губы прикоснулись к коже Фэнси, и по ее спине пробежал восхитительный трепет возбуждения. Решимость держаться подальше от мужчин заметно ослабла. – Вы само совершенство, английская Афродита… богиня Каллиопа.

– Полагаю, что поиски работы не увенчались успехом?

– Как вы догадались? – Степан подмигнул ей. – Может быть, вы обладаете сверхъестественными способностями?

– Что-то вроде этого. – Фэнси взяла его под руку, и этот жест показался ей таким же естественным, как дыхание. – Я загляну в гримерную Пэтрис Таннер, чтобы извиниться, и прошу вас – давайте завезем домой Женевьеву Стовер.

– Ваше желание – закон.