Во власти (не)любви

2"

"Мерзкая дрянь! Лживая сука! Шлюха подзаборная!

Дюк Кремер сидел в оборудованной по последнему слову техники мониторной, тупо пялясь в экран, на котором была зациклена видеозапись с Джиной, которая вновь и вновь заходила с этим недоноском Кнедлом в его комнату, где наверняка услужливо дала трахать себя во все щели! Дала ублюдку так, как не дала ему, Дюку!

Первое желание разгромить тут все к чертовой матери, а потом пойти и разбить этому уроду череп, прошло, но всепоглощающая ярость клокотала в нем тремя банками пива, которые он выдул, пока они с Феликсом Мауэром просматривали видеозаписи с разных камер, по дням отслеживая передвижения этой твари.

Дюк знал, что кто-то наверняка ее трахает, иначе просто не могло быть, эта девка создана для этого, но каково же было его негодование и злоба, когда он понял, кто. Он-то думал, какой-то крутой мужик не из академии, к которому она сбегала по ночам, но нет! Роскошная Джина Моранте спуталась с последним лузером, бесцветным придурком в подержанных шмотках, ко всему прочему, как сообщил Феликс, оказавшемуся еще и человеком! Каким-то жалким человечишкой, сосудом, предназначенным лишь для того, чтобы могущественные истые кормились его кровью!

Мауэр, который подвизался в академии охранником, следящим за мониторами, и к которому Дюк аккуратно подкатил в тренажерке, оказался неплохим парнем. Правда, поначалу дико испугался, что начальство его прибьет, но когда Дюк отстегнул ему приличную сумму, нехотя пустил Кремера в мониторную. Первым делом Дюк, конечно, подтер ту ночную запись из гаража. Благо владелец Bugatti вмятины на своей тачке еще не видел, так как к ней не подходил и, даст бог, не подойдет еще долго.

На волне откровения Кремер рассказал Мауэру о Джине, и у того тут же загорелись глаза:

— Ты с Моранте мутил? Серьезно? Ну, и как она в постели? Говорят, эта крошка делает просто улетный… — и многозначительно подмигнув, Феликс несколько раз толкнул изнутри языком щеку.

Дюк едва удержался, чтобы изо всех сил не врезать Мауэру кулаком в наглую морду, но ссориться с Феликсом сейчас было невыгодно. И разозлился он даже не из-за того, что паренек завел интимные разговоры, а из-за того, что Джина Моранте, эта сучка с аппетитным телом, блестящими волосами и умными насмешливыми глазами, так и не сделала ему минет.

Он мечтал, чтобы она стояла перед ним на коленях, смачно облизывая его дружка, мечтал, чтобы покорно раздвигала ноги и стелилась перед ним, точно коврик, мечтал наматывать эти шелковые волосы на ладонь, вколачиваясь в ее белое тело, мечтал навсегда стереть ироническую улыбку с прекрасного лица, заменив ее выражением покорности, но… Эти мечты так и остались мечтами.

Все произошло лишь раз, и не так как он хотел. Совсем не так.