Во главе раздора

Двери только начали раскрываться, но я нетерпеливо протиснулась в образовавшуюся щель, побежала в нужном направлении, радуясь тишине и спокойствию этого этажа, но резко затормозила у кабинета Кая.

Аккуратно постучав, я вошла. Кай поднял на меня глаза не сразу: сперва дочитал текст на бумаге и лишь затем обратил внимание на вторжение. Его кабинет был всё таким же, как и сам Кай, который сидел за рабочим столом, перебирая имеющиеся документы. Несмотря на выглаженную рубашку и аккуратно зачёсанные в привычной манере светлые волосы, на левой скуле и лбу остались мелкие ссадины, на нижней челюсти обширный синяк пожелтел и стал едва заметным. Обе кисти были замотаны бинтами. Пальцы, которыми он держал бумагу, двигались скованно.

– Что-то случилось? – поприветствовал он меня привычным вопросом, и я отвела взгляд от его рук.

Теневые и лучезарные заживают лучше людей. Насколько же всё было плохо, если он до сих пор носит бинты?

– Тебя… долго не было, – хрипло выдавила я, неожиданно осознав, что вовсе не знала, о чём хотела с ним поговорить.

– Требовалось доложить архонтам о произошедшем.

– Только в этом причина?

Не знаю, с чего я взяла, что там было что-то ещё, но вопрос жёг язык.

– Нет, – признался Кай, отложив бумаги в сторону. Аккуратно держа блюдце, он пододвинул к себе чашку эспрессо. – Мне понадобилось лечение, и нужно было выяснить у Дома Гнева, какие у тебя могут быть последствия. Ты поступила безрассудно, выпив наркотик. Я предупреждал, чтобы…

– Лечение тебе помогло?

Его брови поползли вверх, Кай умолк на долгие пять секунд.

– Да. Проблема была в руках. Отравление вашим металлом дошло до сухожилий. Пропала чувствительность.

Кай поднял левую руку, демонстрируя, что способен сгибать пальцы, хотя до крепкого сжатия в кулак ему ещё далеко.

– Уже лучше. В ближайшие дни вся скованность должна пройти.

Он замолчал, а я не задала нового вопроса. Запоздало поняла, что продолжаю стоять у дверей и между нами не меньше пяти метров пустого пространства. Неожиданно его стало слишком мало. Сердце забилось в горле, а скользящий по мне взгляд Кая начал тревожить.

– Я знаю, почему ты пришла, – неожиданно заговорил он. – Присядь.

Я подчинилась, растерянная его уверенным заявлением. Мне самой неизвестно, зачем я примчалась сюда, хотя могла дождаться, пока он спустится в квартиру. Кай наклонился, выдвинул один из ящиков и положил что-то на стол. Я не сразу узнала осколок Переправы, завёрнутый в ткань.

– Прошу прощения за задержку, – деловито начал Кай, не изменяя своему ровному тону. – Ты выполнила выдвинутое условие. Сделала больше, чем нужно. За это я также должен извиниться, мы не подготовились к встрече с даориями и плохо тебя защитили. Если желаешь, то завтра же свожу тебя к Переправе.