Ты придёшь ко мне во сне (СИ)

Картину завершали шорты, которые открывали накаченные икры. Ни дать ни взять – картинка с модного журнала.

– Здравствуй, – я его энтузиазма не оценила и попыталась обогнуть, чтобы продолжить бег.

Но не тут-то было. Парень увязался за мной следом.

«Нет, летаю» – несколько раздраженно подумала я.

– Аверина, может, поговорим? – вдруг резко произнёс он и схватил меня за руку.

От неожиданности, я не смогла вовремя сориентироваться и врезалась ему в грудь, вышибая воздух из собственных лёгких.

Но и этого Калинину показалось мало. Схватив за подбородок, он прижался своими губами к моим.

Было больно и как-то мерзко и противно.

Вырвавшись, я со всей силой врезала ему пощечину. Получилось громко.

– Ой, – пробормотала я, рассматривая красный отпечаток своей ладони на его щеке, но сожаление длилось недолго. – Сам виноват! Зачем ты меня поцеловал?

– То есть этому старику можно, а мне нельзя, – процедил Роман, делая шаг ко мне.

А сделала два шага назад, нервно поведя плечом.

– Какому ста…? Что?! Эндор не старик.

– У него еще и имя идиотское.

– Сам дурак, – фыркнула я, вскинула голову и развернулась, чтобы уйти.

– Аверина, тебе не противно спать с ним из-за денег? – крикнул Калинин мне в спину.

Не надо было останавливаться и отвечать ему, не надо было. Но я просто не смогла удержаться. Медленно обернувшись, посмотрела парню прямо в глаза.

– А тебе не противно было со мной встречаться на спор?

– Всё еще злишься! – почему-то обрадовался Роман.

– Вот ещё. Мне просто мерзко смотреть на людей, которые в чужом глазу соринку увидят, а в своём бревно не заметят, – скрестив руки на груди, парировала я. – Или думаешь, если ты золотой мальчик, то тебе всё можно? Обманывать, оскорблять, издеваться?

Но Роман и тут услышал только то, что хотел, опустив самое главное.

– То есть золотой мальчик тебя не устроил, а золотой папик понравился?

– Козёл, – от души охарактеризовала его я, понимая всю бесполезность своих попыток достучаться до его совести.

Если бы могла, то врезала еще раз.

– Или ты бревно тоже отказываешься увидеть в собственном глазу, – презрительно скривился молодой человек.

Это стало последней каплей. Чаша моего терпения лопнула. Так больше продолжаться просто не могло.

– Слушай, Калинин, чего тебе вообще надо от меня? Что ты привязался ко мне, а? Ну, не переспала я с тобой, проиграл ты спор, и что дальше? Будешь всю жизнь мне мстить за это?

– Ты думаешь, я тебе мщу? – сразу посерьёзнев, спросил он.

– А что ещё ты делаешь? – вскричала я, уже не зная, как объяснить подобное поведение.

– Я просто хочу, чтобы ты дала нам еще один шанс.

Услышав его неожиданное признание, шарахнулась назад, зацепилась ногой за торчащий из земли корень и грохнулась, больно стукнувшись мягким местом о твёрдую землю.

– А-а-ай! – вскрикнула я.