Ты придёшь ко мне во сне (СИ)

И что, я не могу чуть-чуть расслабиться и поцеловаться с Эндором, который, могу сказать, очень классно это делает, даже дыхание перехватило?

– Ну вот, все не так страшно, Лея, – он скользнул большим пальцем по моей щеке, затем по губам и вновь поцеловал в кончик носа. – Так во сколько у тебя сегодня заканчиваются пары?

– В половине пятого.

– Вот и отлично. Я буду ждать тебя, Лея, – прошептал он и легко, едва ощутимо коснулся моих губ своими.

Видимо, новая жизнь пойдет совсем не так, как я думала.

Если бы я тогда знала, насколько оказалась права…

____________________________________

____________________________________

– О Боже, какой мужчина, – вздохнула Машка, обнимая подушку.

Хотя произнесла она эту фразу тихо, слышно было очень хорошо. На город уже опустилась ночь. В комнате подруги было темно, лишь настольная лампа светила в углу. Я смотрела на её тусклый оранжевый огонёк и пыталась выбросить из головы события сегодняшнего дня.

– Я хочу от тебя сына, – пробормотала в ответ, вытягиваясь во весь рост на раскладушке, которую поставили для меня Машкины родители.

Заскрипели пружины, но этот звук не раздражал, а вызывал смех. Или, может, отличное настроение было связано с осознанием того, что мне не придётся возвращаться к тётке и кузине? Вторую ночь проводила вдали от них и чувствовала себя великолепно. Вот, оказывается, что мне нужно было для полного счастья.

– И дочку, – прохихикала тем временем подруга. – И точка. И точка–а–а–а.

Голоса у неё не было, слуха тоже, но пела Машка с чувством.

– Не хочу ни дочку, ни сыночка, – совершенно серьёзно заявила ей. – Институт хочу окончить, диплом получить и на работу устроиться по специальности.

Я так стремилась доказать всем, что могу вылезти из этого болота, в котором родилась и прожила, что не могла думать ни о чём другом.

– Думаю, у Эндора на тебя совсем другие планы.

– И я должна всё менять, потому что ему так хочется?

Машка вздохнула, взбила подушку и вновь легла:

– Лей, какая ты неромантичная.

– Зато у тебя романтики выше крыши, – не удержалась от сарказма я. Знаю, что она совершенно не виновата в моих неприятностях, но этот иностранец, который появился словно ниоткуда, вызывал странные эмоции. – Маш, я видела его сегодня всего в третий раз в жизни. Тут романтикой и не пахнет. Я помогла ему, он помог мне. Вот и всё.

– Он тебя поцеловал! – торжественно проговорила подруга.

Вот и зачем я ей об этом сказала? Промолчала бы, и всё было бы нормально. Но поведение мужчины просто выбило меня из колеи, и я не смогла удержаться.

Маша с Калининым подъехали к университету минуты через три после того, как Эндор меня поцеловал и уехал, а я всё продолжала стоять столбом, прижимая букет к груди, и не знала, что делать и как быть.

Со мной никто и никогда раньше так не обращался, так, словно имел на это право.