Во имя любви

К счастью, сейчас они находились всего в нескольких часах плавания от Фолкстона. Кэмден предпочел этот порт, так как в Дувре слишком велика была вероятность встретиться с кем-то из знакомых. После случая в гостинице Генуи он был предельно осторожен. Впрочем, Пен заверила его, что предотвратила все возможные расспросы миссис Баркер-Пратт, а это означало, что он, Кэм, сотворил чудо – ведь ему удалось доставить Пенелопу домой, не подставив под удар свои матримониальные планы.

К тому же ему каким-то образом удавалось держаться от Пен на расстоянии. Несмотря на ужасную тягу в чреслах, Кэм все же устоял перед чувственным голодом, не дававшим ему спать по ночам и приводившим в дурное расположение духа в дневные часы.

Да-да, он действительно сотворил чудо, и теперь ему оставалось лишь доставить Пенелопу в Лондон. А потом… Учитывая ее дальнейшие планы, потом они вряд ли увидятся. И он, наверное, просто глупец, что жалеет об этом.

И все же Кэм испытывал сожаления… Более того, временами мысль о том, что он так и не узнает, чему научили Пенелопу ее многочисленные любовники, приводила его в ярость, и тогда ему хотелось заскрежетать зубами и что-нибудь сломать или разбить.

В последние минуты шторм усилился, и теперь вой ветра в снастях напоминал вопли из преисподней.

– Мы можем повернуть обратно во Францию?! – прокричал Кэмден на ухо стоявшему с ним рядом капитану судна. Как всегда невозмутимый, шотландец всеми силами пытался удержать штурвал, но выражение его глаз лишь подтвердило опасения Кэма.

– Мы ушли слишком далеко! – прокричал в ответ капитан. – Лучше остановиться в ближайшем порту и переждать непогоду.

– Поступайте, как считаете нужным! – закричал Кэм. Он уже много лет бороздил моря с Джоном Макгрегором, так что прекрасно знал: если кто-то и сможет доставить их с Пен на берег, то только этот суровый абердинец.

– Ступайте вниз, ваша светлость, – проворчал капитан. – Вы нам тут немного мешаете. – Эти слова шотландца свидетельствовали о том, что ситуация была действительно чрезвычайно опасная – иначе он не стал бы отправлять в каюту хозяина яхты.

– Но я хочу помочь! – крикнул Кэм.

– Вы поможете, если спрячетесь в безопасном месте! Ведь если его светлость герцог Седжмур утонет, моя старуха шкуру с меня живьем сдерет!"

"Кэм оценил мрачноватый юмор шотландца. Криво усмехнувшись, он похлопал Макгрегора по плечу, потом развернулся и, шатаясь точно пьяный, то и дело цепляясь за поручни, начал пробираться к двери.

Он думал, что внизу вой ветра станет тише, но там грохотало еще страшнее – постоянно слышался скрип шпангоутов и раздавались удары волн о корпус судна, когда «Пустельга» врезалась носом в очередную волну.