Во главе раздора

– Как ты выяснила? – после долгих мгновений тишины уточнил Дардан, он сидел за своим столом, а я стояла и смотрела на него сверху вниз, но за счёт сдержанности превосходство всё равно было у миллиардера.

– Жаль. Ей тяжело пришлось.

– Как давно?! – сорвалась я.

Дардан нахмурился, его взгляд стал жёстче. Он молчал, вынуждая меня ждать. Похоже, пытался меня этим успокоить, но в действительности я только сильнее злилась.

– После наркотиков. Один из исследователей в нашей лаборатории должен был изучить уже имеющиеся данные о влиянии крови теневых на людей. Тем более ты первая, кто принял кровь представителя Дома Гнева. Были подняты старые записи, включая дело моего друга Лиама Райдена.

На лице Дардана лишь вскользь отразились разочарование и тоска, прежде чем он деловито продолжил рассказ.

– Там были сведения и о твоих анализах. Появилось совпадение, и этот отчёт принесли мне для ознакомления.

– Почему вы мне не рассказали? – с отчаянием взмолилась я, стискивая пальцами его стол. В глазах собрались злые слёзы, меня затрясло.

– Потому что ты не помнила, – с большим сочувствием ответил мистер Хилл. – Я внимательнее перечитал собранную о тебе информацию. Вопреки трудностям, ты достигла высот. Поступила на бюджетное отделение хорошего университета, учишься на отлично, почти выпускница, подрабатываешь и не нарушаешь закон. Я решил, что так будет лучше, Кассия. Ты прожила с Райденами всего несколько месяцев. Вы даже не успели стать семьёй. Я посчитал, что тебе не стоит вспоминать о тех ужасах.

– Но мои настоящие родители? Вы занимались моим удочерением!

– Да, но именно после твоего дела и произошедшего с Лиамом и Селеной я отказался продолжать лично курировать приют и делегировал заботу о детях доверенным управляющим. Я отдал девочку в семью ради хорошей жизни, а буквально месяцы спустя потерял друзей и думал, что обрёк ребёнка на гибель, – признался Дардан, устало проводя рукой по лицу, будто мог смахнуть все тревожащие его мысли. – К моменту, когда ты неожиданно оказалась в приюте, дело было закрыто, а я уже не занимался сиротами.

Дардан скривился, явно не желая слышать этот вопрос, а следующие слова он выдавил нехотя.

– Это ещё одна из причин, почему я не стал тебе ничего рассказывать. При всей влиятельности моей семьи и связях я не знаю ответа.

– Не знаете? – ошарашенно повторила я.

– Тебя оставили в холле на первом этаже. Именно в этой высотке. Оставили прямо в конце обеденного перерыва, когда много людей входит и выходит из здания. По камере видеонаблюдения как внутреннего, так и внешнего удалось установить лишь то, что это был мужчина. Тебе едва исполнилось восемь.