Дьявол во плоти

Но она не смогла долго сердиться и вскоре уже безудержно хихикала, когда увидела результат их стараний. Элспет так долго смеялась и даже рассказала об этом случае подругам. История надолго стала предметом шуток среди женщин. Но Кир с Лахланом оба признали, что радость Элспет стоила их глупого поведения.

— Откуда ты об этом знаешь? — спросил Кир, сузив глаза.

— Ты рассказал мне во время ужина в Лондоне.

— Мы ужинали вместе?"

"— Ты пришёл ко мне в гости. Мы ужинали наедине.

Казалось, Кир не знал, как реагировать на её заявление.

— Мы обменивались историями о наших семьях, — продолжила Меррит. — После того, как ты рассказал мне о манжете рубашки, я поведала тебе о том, как пролила чернила на карту в кабинете моего отца.

Он озадаченно покачал головой.

— У нас была редкая карта Британских островов двухсотлетней давности, — объяснила Меррит. — Я зашла в кабинет отца, чтобы поиграть с набором чернильниц, чего мне делать не разрешали. Но эти маленькие стеклянные бутылочки с гравировкой выглядели так заманчиво, а в одной из них были чернила самого яркого оттенка изумрудно-зелёного. Я обмакнула в неё ручку и случайно капнула на карту, которая лежала на письменном столе. Появилось ужасное пятно прямо посреди Германского океана. Я стояла над ней и плакала от стыда, когда вошёл папа и увидел, что произошло.

— Что он сделал? — спросил Кир, заинтересовавшись историей.

— Сначала он ничего не сказал. Я уверена, что внутри него шла настоящая борьба. Но затем его плечи расслабились, и он задумчиво проговорил: ""Меррит, сдаётся мне, что если ты пририсуешь к кляксе несколько ног, то получится самое настоящее морское чудовище"". И я добавила к ней маленькие щупальца и клыки и нарисовала поблизости трехмачтовый корабль. — Она замолчала, заметив, что на губах Кира сверкнула улыбка, которая никогда не переставала вызывать у Меррит лёгкое головокружение. — Папа вставил карту в рамку и повесил на стену над своим столом. По сей день он утверждает, что это его любимое произведение искусства.

Уголок его рта приподнялся в улыбке.

— Хороший отец, — констатировал Кир.

— Хороший! Оба моих родителя — прекрасные люди. Я хотела бы… Не думаю, что у тебя появится шанс с ними познакомиться.

— Нет.

— Кир, — нерешительно продолжила она, — Я не в том положении, чтобы говорить за герцога, но хорошо его зная… Я уверена, что у него и в мыслях нет заменить твоего отца или что-то у тебя отнять.

Ответа не последовало.

— Что касается его прошлого, — не сдавалась Меррит, — я не знаю, что ты успел о нём услышать. Но было бы справедливо сначала тебе самому поговорить с герцогом, прежде чем выносить суждения… Ты так не думаешь?

Кир покачал головой.

— Пустая трата времени. Я принял решение.

Меррит одарила его укоризненной улыбкой.