Внук сотника

Пусть на торгу и выступали по сокращенной программе – яркое весеннее солнце и ветер заставили отказаться от всех номеров с огнем – но к вечеру вся труппа буквально валилась с ног от усталости. Праздники казались бесконечными.

Никифор же ни в какую не желал отказываться от вечерних представлений в амбаре и даже намекал, что неплохо бы выступать на торгу дважды в день. Слава Богу, дед понял, что внуки такой нагрузки не выдержат, и в конце концов просто наорал на свояка, утратившего чувство реальности. Никифор, наверно, все-таки вернулся бы к этой теме – характер у него был упрямый, но через несколько дней практика подтвердила дедову правоту. Кузька доигрался-таки и навернулся с лошади так, что потерял сознание. Дед объявил следующий день выходным.

Продрыхнув до полудня, Мишка в компании Демки и Роськи отправился на торг. Дед не поскупился и отсыпал парням аж пять резан. Десятая часть гривны, для отроков – целое состояние!

– Гуляйте, ребята! Подарки для родни и, – дед хитро глянул на Мишку, – кхе, знакомых, будем выбирать в последние дни торга, тогда все подешевле будет.

Роська, ориентировавшийся на торгу, как у себя дома, сразу же потащил приятелей туда, где торговали сластями. Мишка с изумлением увидел на прилавках не только всякие пряники, орехи в меду и прочие изделия из даров местной природы, но и курагу, изюм и даже финики.

– Роська, а где здесь красками торгуют? – Мишка вспомнил, что собирался добыть в Турове серебрянку.

– По дереву, под лак. Видел у нас матрешек размалеванных?

– Ага! Ходок говорил, что один лях у Никифора сразу полсотни купил!

– Слыхал, Демка? – Мишка пихнул Демьяна в бок. – Поедут наши матрешки в Польшу.

– Не-а, – тут же обломал кайф Роська, – тот купец в Киев собирался.

– Ну и ладно, в Киев, так в Киев. Так где тут красками торгуют?

– Это к богомазам надо, вон туда. А у них спросим, где краски берут.

Иконописцев оказалось всего двое, и Мишкин вопрос им почему-то не понравился – ответили они без охоты и как-то невнятно, мол, краски разные бывают и брать их можно тоже в разных местах.

– А серебрянку где взять можно?

– А это, парень, тебе и совсем не по карману – дорогое удовольствие.

– Я же вас не о цене спрашиваю, а где купить, трудно ответить, что ли?

– Ну и ступай себе с богом, если с нами разговаривать не нравится!

– Чего вызверились на парня? – раздался за спинами ребят мужской голос. – Не для соперников ваших он краски ищет – игрушки раскрашивать!

Миша обернулся на неожиданного заступника и увидел «особиста» Феофана, всего такого гладкого, благообразного, прямо-таки лучащегося дружелюбием и благорасположением.

– Здравствуй, отрок Михаил! Удивляешься, откуда я про твои нужды знаю?

– Здравствуй, отче, – Мишка почтительно склонился и принял благословение.