Вновь учиться жить

– О-о-о, я посмотрю, что ты скажешь про пирог, когда попробуешь его! Что говорить, они у меня всегда шикарные выходят. И ни грамма не обманываю. Рецепты покойной бабули, пусть земля ей будет пухом, держу в голове и всегда следую, не добавляя нового и лишнего. Да и зачем поганить?! Никитична была лучшей поварихой на районе. Даже премии давали и ставили в пример.

Оля улыбнулась и поинтересовалась:

– Вам помочь накрыть на стол?

– Что ты, миленькая. Я сама. Ты деток поднимай. А я быстренько… Без этого не могу. Мне нужно все проверить, расставить.

Латрова улыбнулась и пошла на выход. В коридоре от просторной столовой тянулись яркие лучи света, и женщина порадовалась, что с утра уже так замечательно светит солнышко. Только завернула за угол, чтобы выйти в гостиную как налетела на что-то огромное, мощное, мгновенно взявшее ее в плен.

С ужасом осознавала, что стена это не кто иной, как Сторхов, мертвой хваткой прижимающий ее к своей груди. Затаила дыхание и подняла глаза, встретившись с тяжелым взглядом мужчины.

Ольга потерялась, чувствуя его грубую мощь, в эту секунду такую агрессивную и давящую, отчего она рефлекторно сделала шаг назад, но мужчина остановил, потянув на себя.

На мгновение все звуки исчезли, и женщина перестала что-либо слышать. Только видела, как Олег поднял руку и прикоснулся к ее щеке, а потом провел пальцами по губам. Медленно, как бы изучая, не отрывая взгляда.

Пытаясь прийти в себя от приятных прикосновений, которых не должно было быть, как и волнующих эмоций, Ольга вздохнула. Следом решительно открыла рот, чтобы извиниться за неуклюжесть и убежать, как твердые губы мужчины накрыли ее уста.

Шок. Смятение. Непонимание. Ольга взволнованно принимала его нежный поцелуй, пока мужчина не ворвался в ее рот языком, уверенно завоевывая своими ласками. Она действительно не понимала происходящего, отключаясь, отдаваясь ощущениям.

Мужчина атаковал смело, хищно, то ослабляя хватку, то напирая, приручая и показывая всю страсть поцелуя. Одну руку Сторхов опустил на затылок и прижал к себе сильнее, а второй сжимал хрупкую талию, собственнически поглаживая по спине.

Чувствуя, как дрожит молодая женщина, мужчина заставил себя замереть и ослабить захват, давая Ольге отойти и осознать происшедшее.

Латрова облизнула губы и непрерывно смотрела в темно-серые глаза, не в силах отвести взгляд. Ей казалось, что это все неправда и Сторхов… не мог ее поцеловать.

Мужчина и женщина, так и стояли, пока не услышали подпевание старой женщины, очевидно, подходящей к коридору. Оля повернулась на звук, а потом с волнением посмотрела на Олега.

Сторхов молчал, понимал, что должен дать ей возможность уйти, а разговор оставить на другой раз, но не хотел. Не желал.