Внебрачный ребенок

Зачем гонять Алену через весь город, когда мы живем в двух кварталах от них?

— Да!

— Нет!

Мы одновременно произнесли с Сафиной эти слова, а Роберт рассмеялся раскатистым, звучным смехом.

— Мамочка, пожалуйста! Пожалуйста! Мне так хочется прокатиться с сестренкой на машине. Пожалуйста! — радостно запрыгала Мышка на месте.

— Полина, мы просто отвезем Сафину домой к Алене и Кариму, тем более нам по пути. В чем проблема? Ты мне не доверяешь?"

"Напряженно вздохнув, я решила, что единственный способ поговорить с Шалимовым тет-а-тет, когда Лиза отправится с девочками в машину. Я попрошу Роберта задержаться на пару минут и скажу ему, чтобы больше не приезжал. И не делал шагов нам с Сафиной навстречу. Я весь день думала над словами, которые скажу ему. Да что там — целую неделю. Пусть исчезнет из нашей жизни, а наши встречи прекратятся. Хватит. Пора уже вылазить из своей скорлупы. Пять лет я воспитывала дочь одна, пусть все так и остается.

Лиза вернулась в палату спустя десять минут. Стояла в сторонке и молча наблюдала за нами, пока Роберту не позвонили по работе. Он передал ребенка в ее руки, а сам отошел к окну. Кому-то пообещал подъехать, переговорить о делах через час, разговаривал спокойно, выдержанно, и я очень надеялась, что наш диалог пройдет в таком же деловом тоне.

— Роберт предложил подвезти Сафину домой… — Лиза вскинула подбородок, а в ее глазах промелькнуло удивление. — Она сейчас временно живет с моей подругой. Вам по пути. Проследите, пожалуйста, чтобы она не сильно досаждала Шалимова вопросами в дороге и не отвлекала его. Сафина очень суетная и подвижная девочка.

— Хорошо, — кивнула Лиза, одевая Дамиру в утепленный комбинезончик, а я повернулась к Мышке и провела с ней тот же инструктаж, чтобы вела себя достойно своему прозвищу и меньше издавала разных звуков.

— Лиза, идите в машину. Я сейчас подойду, — сказал Роберт, а я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Мне даже не пришлось просить его задержаться. Он сам догадался, что я хотела с ним поговорить.

Шалимов подошел так близко, что от волнения я поджала пальцы на ногах, смотря в его синие, бездонные глаза. А когда он поднял руку и потянулся ко мне, поправив выбившуюся прядь из хвоста за ухо, дотрагиваясь пальцами до лица, я забыла, что собиралась ему сказать. От неожиданности я вздрогнула, словно через меня пропустили электрический разряд, и вся напряглась. Роберт внимательно рассматривал меня, как тогда в машине, будто собирался запечатлеть в памяти каждую мелочь или не мог на меня насмотреться. Немного жесткие подушечки пальцев вдруг провели по скулам и двинулись наверх, коснулись ссадины на лбу, которая почти зажила, и остановились на шраме над бровью.