Внебрачный ребенок

Звала маму, а мое сердце в эту минуту готово было остановиться. Моя маленькая дочь столько пережила за эти несколько часов…

— Мы окажем ей первую помощь, — заверила меня медсестра из скорой, когда я передал им Мышку.

Я забрался в машину скорой помощи, не желая оставлять дочь одну. Карим пообещал, что вернется в номер, где сейчас проводили задержание Бердникова, и позвонит мне, когда все закончится. Но пока сам лично не удостоверюсь, что с этой гнилью покончено, а Бердников получит наказание за все, что учинил сегодня, не успокоюсь.

45

Роберт

Сафина все время спала. Я договорился, чтобы ее определили к матери после обследования, и не разлучали с ней ни на секунду. Поговорив с врачом, и убедившись, что жизни моей дочери ничего не угрожает, я направился домой. Мать сходила с ума от волнения и побила мне весь телефон. Все разговоры с Полиной я решил отложить до завтрашнего дня. А сейчас мечтал принять душ, смыть с себя все события безумного дня и лечь спать. Я давно не чувствовал такого опустошения внутри. Словно, что-то безвозвратно сломалось, а теперь, чтобы это починить, потребуется много сил и времени.

Даже во сне я ощущал напряжение, метался по кровати, а проснулся утром в холодном поту и головной болью в затылке. На сегодня я отложил все дела и направился в клинику. А уже после планировал заехать в участок, и узнать, как обстоят дела с Бердниковым. Бырыцкий обещал Косте, что не спустит его дело на тормозах, но я собирался лично проконтролировать этот вопрос.

— Как она? — спросил я у Полины.

Мышка спала, и сегодня выглядела такой же бледной и слабой, как и вчера.

— С ней все будет хорошо… — задумчиво ответила она, поглаживая маленькую ладошку Сафины. — Только не у нас, Роберт…

Сузив глаза, я посмотрел на Полину внимательным взглядом. Она как будто стала еще худее за эти два дня. Я прекрасно понимал ее чувства и все, что она пережила вчера, и подсознательно был готов, что после такого в наших отношениях случится откат."

"— Почему? — все же спросил я, потому что хотел знать, о чем она думала, говоря эти слова.

— Это все из-за твоего желания выяснить, что случилось в прошлом? Он подумал, что Сафина его дочь после того, как ты нанял того человека, да?

— Полина… — я покачал головой, вложив руки в карманы брюк.

— Ты просил меня довериться тебе, Роберт… А я еще никогда не видела свою дочь такой слабой, как сейчас…

— Это не так, Полина, — перебил я.

— А как? — на ее глазах выступили слезы. — Ты очень много на себя берешь. А ведь по сути ничем не лучше этого Бердникова… Ты без моего ведома привез меня и Сафину к себе домой, поставил мне ультиматум, что не отдашь ребенка… И к чему это все привело? Мы не сможем быть вместе. Просто не сможем… — она отрицательно покачала головой. — Та ночь была ошибкой. Обе ночи.