Вне закона

Интересно, а сценаристы уже раскусили, что я их раскусил?

Как они за мной следят вообще?

Стоп…

Стоп… никто ни за кем не следит, у нас все хорошо, не надо всего вот этого… Да и какая разница?

Надо понять главное: проблемы будут появляться тогда, когда события достигают точки высшего драматизма. Ночное нападение в борделе должно было состояться просто потому, что это круто! По правилам писания сценария. Зритель любит, когда круто.

Зритель…

Черт! Как будто пальцами кто-то глаза вдавливает в череп. Рывком к столу, к водке, что еще плещется в бутылке, и прямо из горла, глоток за глотком, потоком в бунтующий желудок.

И отвалился, упал прямо на пол, пытаясь удержать в себе рвущуюся наружу водку.

Какая же это мерзость! Никогда больше!

Зрители, мля…

Что-то я помню вроде…

И отрубился.

Запах нашатыря прямо в носу. Замотал головой, выматерился, открыл глаза. Лежу в кровати, рядом сидит какой-то мужик зверовидного типа, с бородищей, брови лохматые, нос крючком, плечи, как комод, размахом. В пальцах, каждый из которых с сардельку толщиной, держит ватку, от которой нашатырем и прет.

– Ты ожил? – вопрос.

Это не мужик спросил, это знакомый женский голос. На него я и повернулся.

Сули. Одета непривычно скромно, по-дорожному, да еще и вооружена, кобура на бедре. Откуда здесь Сули?

– Ты как здесь очутилась? Я сколько был в отключке?

– Не знаю. Несколько часов, наверное. Может, меньше. Мы тебя здесь нашли.

Я вопросительно посмотрел на мужика с бородой.

– Это Эль Брухо, он мой друг, – пояснила она.

Эль Брухо. Ведьмак в переводе. Вообще похож, колоритный такой персонаж.

– Нас смотрят? – спросил я ее, тут же ощутив лезвие внутри черепной коробки, которое попыталось поковыряться в мозгу.

– Нет, – по-простому ответила она. – Ты же в случайном номере оказался, тут не подсмотришь. И не подслушаешь.

– Почему ты здесь?

– Неважно. Я с утра приехала. А Хуан, – она кивнула на Эль Брухо, – живет здесь.

– Зачем ты приехала?

– Теперь уже не важно, – усмехнулась она, поднялась со стула и подошла к кровати. – Хуан тебе поможет. – Она села у меня в ногах. – Он здесь за доктора, нетрадиционного такого, – она снова усмехнулась, – но может еще кое-что. Он тебе поможет, – повторила она.

– С чем поможет?

– С этим. – Она наклонилась и, вытянув руку, слегка постучала мне пальцем по лбу. – А то неизвестно, чем все закончится. – Я пойду, мне надо кое-что сделать. Хуан останется с тобой, пока я не вернусь.

Она встала и быстро вышла из комнаты, словно для того, чтобы я ничего не успел спросить.

И что мне делать? Довериться Хуану? Или погнать его отсюда, потому что Сули – она ведь тоже часть игры. И это все может быть частью игры.