Вне клана

Часть хвоста отлетела в сторону, из обрубка полилась черная кровь, ветси зашипел — так громко, что у меня заложило уши — и кинулся на меня. За спиной что-то выкрикнула Амана, блеснула яркая вспышка, но ветси не задержала.

А скорость у него была такая, что стоило позавидовать.

Я рубил, отскакивал в сторону, чтобы ветси не смог обвить меня кольцами своего тела, и рубил снова. Но отрубить часть тела ветси так чисто, как получилось с хвостом, больше не мог. Демон удачно избегал прямых ударов, так что у меня получались лишь скользящие, оставлявшие на теле демона глубокие, но быстро зарастающие, раны. И в этом заключалась главная проблема. Не в том, что демон избегал ударов, а в том, что они, даже удачные, были демону не опасны.

Я на долю мгновения скосил взгляд туда, где лежал отрубленный хвост, и выругался. Хвост уже дотаивал, превращаясь в черный дым, точно так, как превращался в черный дым разрубленный мною марид. И, как с маридом, дым рассеялся, а ветси оказался вновь целехоньким.

Нет, так дело не пойдет. И уже не важно, что произойдет раньше — я выдохнусь и начну пропускать удары демона, или же закончится магия Аманы и река растает. В любом случае нам конец.

Ветси клацнул зубами совсем рядом с моим лицом, и этот звук будто дернул, разворачивая, цепочку мыслей.

Почти металлический звук.

Металлический кругляш в моем кармане.

Кругляш, магически связанный с Аманой…

Магичка следила за битвой с безопасного расстояния, иногда безуспешно пробуя заклинания из своего арсенала. В очередной раз избежав удара ветси, я вытащил свободной рукой кругляш из кармана и поднял так, чтобы Амане было видно.

Поймет ли?

Ее взгляд упал сперва на мое лицо, потом на руку, и магичка кивнула.

Мгновение передышки закончилось, и мне пришлось уворачиваться, наносить удары, иногда удачные, и уворачиваться вновь. Потом демон, открыв пасть, вновь кинулся на меня, и я отпрянул, за долю мгновения до этого закинув кругляш внутрь этой пасти.

Ветси, думаю, проглотил этот кругляш, даже не ощутив. Его голова была в три раза больше головы взрослого мужчины, а кругляш не был ни горячим, ни холодным, ни жгучим.

Амана выкрикнула что-то предупреждающее, и я на всякий случай метнулся в сторону, на мгновение приник ко льду, готовый, если потребуется, и защищаться, и атаковать.

Ветси метнулся следом, но проскочил дальше, не успев вовремя развернуться. А потом от тела ветси начала отваливаться чешуя, обнажая коричнево-розоватую уязвимую плоть. Если нанести сейчас удар, ветси не восстановится…

Но я еще не успел добежать до демона, когда его хвост, недавно отрубленный и заново приросший, растекся черной жижей и впитался в лед, а на теле ветси заново открылись все те раны, которые я успел нанести. Из ран потекла черная кровь, все сильнее и сильнее.