Вначале было слово

Но приходилось сдерживаться, увеличивать рацион постепенно. В этом смысле клуб подходил идеально. Со здешними ценами не больно-то разгонишься. Муза взяла себе бифштекс и коктейль. Любаша ограничилась салатиком и достала сигарету. Червякова поморщилась. Одно время с легкой руки Шварценеггера среди культуристов и культуристок пошла мода на сигары. Муза тоже пару раз их попробовала, но особого кайфа не ощутила. И твердо решила для себя: достаточно с нее анаболиков, глупо вредить здоровью ради сомнительного удовольствия. Поэтому она всегда решительно возражала, если рядом с ней кто-то собирался закурить. Но Любаша! Ей Червякова могла простить все на свете.

Муза отвернулась от дыма и увидела мужчину, откровенно пялившегося на них. Червякова сперва решила, что у нее галлюцинации. Мужчина был похож на зловредного художника. Культуристка присмотрелась и, как в игре, нашла десять различий. Или пять — это уже несущественно. Но различия различиями, а сходство, безусловно, существовало. И этот откровенный взгляд. Мужик явно положил глаз на Любашу. У Червяковой кулаки зачесались — захотелось проверить, что ей дали уроки бокса. До сих пор полученные знания оставались невостребованными.

«Ничего, пусть только подойдет к Любаше, я его тонким слоем размажу по всему клубу», — ожесточилась культуристка.

Но мужик не подходил и вообще, как вскоре убедилась Муза, во все глаза смотрел на нее.

«Это что-то новенькое. Вот и меня решил снять мужчина, впервые с того времени, как я начала активно употреблять анаболики», — подумала Червякова.

Факт мужского внимания льстил ее самолюбию, однако новоявленный ухажер был Музе абсолютно безразличен. Хуже того, его сходство с художником было словно красная тряпка для быка. При взгляде на знакомую физиономию в Червяковой начинала закипать ярость. Мужчина, не подозревая того, здорово рисковал. Ученые выяснили, что бесконтрольное употребление стероидов ведет к деградации сдерживающих центров. Человек становится рабом эмоций, он легко дает выход собственным чувствам, будь то радость, печаль или бешеная ярость.

Только присутствие Любаши предотвратило назревавший конфликт. Ночь после клуба доставила Червяковой подлинное наслаждение, и на работу она вышла в превосходном расположении духа. Шла вторая половина дня. Муза успела выспаться и, полная сил, провела свои занятия, а затем отправилась в тренажерный зал для культуристов-профессионалов. Каково же было ее удивление, когда она увидела там вчерашнего мужичка! Он явно искал встречи с Червяковой, хотя делал вид, будто качается. Муза искоса поглядывала на него. Двойник художника надел теплый тренировочный костюм. Наверняка стеснялся своего жалкого тельца.