Вместе вопреки (СИ)

— Можно, да?

— Конечно, — подмигиваю ему и забираю поводок у Арсения, который по дороге из аэропорта заехал в ветклинику. — Знакомься, этот Рамик.***Дорогие читатели, вы наверное, и так в курсе о Черной пятнице, но на всякий случай напоминаю, что на мои книги сегодня тоже действуют крутейшие скидки в 50%История Алекса и Дарьиромантическая комедия на лайте https://litgorod.ru/books/view/4574

Глава 47

Нервно поглядываю на большие часы над дверью в палату. Минутная стрелка движется довольно бодро, а Тимура все нет. И даже позвонить я им не могу, телефон Марата все еще у меня. Что они такого выбрали на обед, что приходится ждать так долго?

Наконец, дверь раскрывается и в палату заходит Тимур. По крайней мере, надеюсь, что это Тимур, потому что лица его не вижу — он скрыто за огромным букетом. Но если учесть, что за его спиной стоит Марат, думаю, я не ошиблась. Не мог же он потерять моего сына и попытаться подсунуть какого-то другого ребенка? Ведь не мог же?

К счастью, паника не успевает охватить мой уставший мозг, потому что из-за букета я слышу знакомый голос сына:

— Это тебе, мамочка.

— Спасибо, милый, — беру цветы из его рук и, наконец, вижу его лицо. Он сияет будто новогодняя гирлянда и от этого у меня внутри все расцветает. Ладно, Марат не только его не потерял, но и умудрился привести обратно в хорошем настроении. Наверняка позволил ему выбрать самый большой десерт в кафе.

— Я играл с Рамиком, представляешь? Он такой колючий. Облизал меня всего. Вот здесь и вот здесь, — сын проводит руками по щекам и даже пытается изобразить языком как именно Рамзес проделывал все это. — А еще он мне лапу дал, представляешь? Я ему руку, а он мне лапу."

"Я смеюсь и перевожу взгляд на Марата, вижу в нем обожание, любовь, восхищение… вот только смотрит он не на меня, а на нашего сына. К горлу подступает сухой ком и Тимур, видя мою реакцию, останавливается на полуслове. Я ведь знала, что так будет. Знала. что стоит Марату дать Тимуру хотя бы один шанс, он непременно его полюбит, захочет участвовать в его жизни. Вот только он не захотел давать ему шанс. А сейчас… сейчас уже поздно. Я знаю, что у него остались чувства ко мне. Догадывалась и раньше, но по-настоящему поняла это прошлой ночью, когда он был готов бежать в огонь, когда видела его безумный остекленевший взгляд. И да, наверное, логично, что когда любишь женщину, то готов принять и ее ребенка, распространить свою любовь и на него. Но мне этого не достаточно. Ничего из того, что Скалаев может сделать сейчас — не достаточно. Я не хочу, чтобы он отсыпал любви нашему сыну на сдачу с того, что осталось от любви ко мне. Не хочу, чтобы он воспринимал Тимура как довесок ко мне.