Вместе (не) навсегда

Я, кажется, начинаю краснеть, потому что в следующее мгновение он меня успокаивает:

– Расслабься, Алиса. Шучу я так, я в курсе, что ты со Скалаевым.

– Но ты готов пойти на банкет со мной?

– Почему бы и нет? Там наверняка будет вся элита, такие знакомства никогда не помешают.

– Спасибо, – киваю я испытывая неимоверное облегчение. Этот разговор висел надо мной словно дамоклов меч со среды и только сейчас я понимаю как сильно переживала. – Ты меня очень выручишь. Я твоя должница.

– В качестве долга можешь принять приглашение на мой день рождения, – улыбается он. – На следующей неделе. Эй, – поспешно добавляет он видя мое выражение лица, – изображать мою девушку не нужно. Я приглашаю тебя как друга. Мы же друзья?

Он бы еще добавил “шах и мат”, вернув мне мои же слова про нашу дружбу, но я не в том положении, чтобы отказывать, поэтому согласно киваю и обещаю прийти на вечеринку.

– Можно взять с собой подругу? – уточняю, решив что так мы точно избежим какого-либо недопонимания.

– Разумеется, – улыбается он. – Друзья моих друзей – мои друзья.

По дороге к ресторану меня немного потряхивает, будто я в самом деле еду на тайное свидание с другим мужчиной и собираюсь изменить Марату. Но я успокаиваю себя тем, что так будет лучше для всех. Для нас с ним в первую очередь. Отец сам догадался о том, что у меня появился парень, а значит скрывать его было бы подозрительно. И пусть сейчас мне очень неуютно от одной мысли, что придется изображать пару с Яном, я понимаю, что это лучше, чем сказать отцу правду…

Потому что несмотря на то, что история “Ромео и Джульетта” навсегда займет особое место в моем сердце, ведь именно на этом балете я впервые поняла, что значу для Марата что-то большее, чем просто игрушка, повторять судьбу героев мне бы не хотелось… А в том, что война между Монтекки и Капулетти показалась бы всем детской сказкой по сравнению с тем, что устроил бы мой отец, сомнений не было.

К сожалению, я прекрасно понимаю, что Марат бы вряд ли со мной согласился… Поэтому сегодня я впервые ему соврала, сказав, что еду на банкет одна.

– Завтра в семь, – догоняет меня Грушевский после пар. – Адрес я тебе скину в мессенджере.

– Уже? – Я даже не пытаюсь сделать вид, что не поняла о чем речь. Мы с Яном практически не общались с прошлой пятницы, но я сразу понимаю что он имеет в виду. Его приглашение на день рождения висело надо мной словно очередной дамоклов меч и сейчас я хоть и немного нервничаю, но мысль о том, что это последнее испытание и после него моя жизнь вернется на круги своя, меня успокаивает.

Собираясь на вечеринку я веду себя как закоренелая лгунья: убеждаю себя, что это в последний раз.