Вместе (не) навсегда

Марат с готовностью отвечает на поцелуй и совсем не выглядит удивленным, из чего я делаю выводы, что он ожидал от меня чего-то подобного, либо же сам собирался меня поцеловать. И от этой мысли внутри становится так тепло и приятно. Волнительно.

В этот раз я совсем не чувствую запаха сигарет, от него исходит возбуждающий мужской аромат и его естественный и такой правильный вкус заполняет мой рот. Между нами жалкие сантиметры, но я хватаюсь за полы его пиджака и притягиваю его еще ближе. Из груди Марата вырывается какой-то грубый звук и подхватив меня под ягодицы, он сажает меня на капот машины.

Он сжимает мои плечи, проводит пальцами по голой коже спины и несмотря на ночную прохладу и тот факт, что мой плащ болтается где-то в районе талии, мне совсем не холодно. Его прикосновения опаляют меня и снаружи и внутри.

– Такая смелая сегодня, принцесска, – голос хриплый, но я буквально губами чувствую его улыбку. – Решила, что стала достаточно взрослой?

Я не знаю что ему ответить, не знаю откуда взялась моя храбрость, связана ли она с тем, что я повзрослела на год и главное, на сколько ее хватит – насколько далеко я готова зайти… Мозг сейчас слишком занят обработкой всех противоречивых чувств и ощущений, поэтому я молча продолжаю его целовать. Хотя молча у меня тоже не получается, с губ то и дело срываются едва слышные стоны. Но и за них мне не стыдно, тем более что Марат с готовностью проглатывает их упиваясь своим влиянием на меня.

Мое тело изнывает от желания его прикосновений, набухшая грудь болезненно трется о ткань платья и я вспоминаю ощущение его языка на ней.

А еще я понимаю, что дико возбуждена. Тогда, в бассейне, я так до конца и не успела осознать что со мной произошло и поэтому списала излишнюю влагу в трусиках на то что купальник и так был мокрым. Сейчас же я четко ощущаю как намокает мое кружевное белье и понимаю, что это полностью заслуга Марата.

Мне девятнадцать лет и я впервые чувствую такое возбуждения. До предела. Я слегка ерзаю на капоте и соскользнув с него чуть ниже бесстыдно прижимаюсь к бедру Марата. А еще я уверена, что если мне хватит смелости провести рукой чуть выше, то я почувствую его каменную эрекцию, как тогда, в бассейне. Вот только смелости мне не хватает и я бы хотела сказать, что дело в моей природной скромности, но нет… я просто боюсь, что он снова сбежит, вспомнив, что я девственница и ему “следует держаться от меня подальше”.

Я не знаю сколько длится это безумие, губы начинают покалывать от напряжения, а в животе завязывается тугой узел. Господи, если бы я знала, что поцелуи могут быть такими… такими испепеляющими и пьянящики, на грани, я бы не стала ждать так долго. Хотя одна мысль о том, что на месте Марата мог бы быть кто-то другой, отзывается во мне холодным протестом.