Категорически влюблен

Какая больница? Почему я не знал, что твоей маме стало хуже?

Таби оглянулась на красную машину. Так и есть, на месте водителя сидела Полина. Судя по всему, она ожесточенно с кем-то спорила по телефону, но, заметив ее взгляд, посигналила и дружелюбно махнула рукой.

– Карина! – Глеб сердито дернул ее за рукав, но Таби вырвала куртку из его пальцев.

– Ты бы знал, если бы перестал от меня бегать.

Глеб отшатнулся, и Таби скользнула на сиденье рядом с Катей, которая выглядела так, словно мама и папа ссорились у нее на глазах и дело шло к разводу. Болезненное выражение на лице Глеба неожиданно причинило боль и ей самой, но Таби не позволила себе обернуться и извиниться.

Он не достоин другого объяснения. А если ее слова его задели… Что ж, так ему и надо.

* * *– Уф, – выдохнула Катя, когда они с Таби и Ильей наконец вышли из больницы. Вид у всех троих был совершенно ошалевший.

– После теток из регистратуры мне теперь вообще ничего не страшно, – поежился Илья.

Маму Таби все-таки оставили на обследование благодаря хлопотам Говорова «Олежки», который оказался Говоровым Олегом Петровичем – тем самым врачом, который был знаком с Катиной мамой. Оказалось, они были одноклассниками и даже когда-то встречались. Катя старалась не думать об этом, пока толстенький и лысенький Олег Петрович вспоминал свою бурную молодость и «Светочку, первую мою любовь»."

"Жесть какая… У нее определенно останется психологическая травма. И все же оно того стоило: Таби светилась, это было заметно даже сквозь маску усталости на ее лице.

– Выпьем кофе? – предложила Таби, кивнув на крошечную кофейню возле метро. Катя немедленно кивнула. Ей нужна литровая кружка и килограмм сахара, иначе она свалится замертво прямо в холодную грязную лужу, по размерам больше похожую на Дунай. Пока они были в больнице, Москву снова основательно полило дождем.

– Бе, – скривился Илья. – Блевота этот ваш кофе… Я к Мишке, ладно? Его мамка мне предложила на ночь остаться.

Таби широким жестом махнула рукой в сторону метро, мол, проваливай.

– Денег дай, – толсто намекнул Илья. Катя прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться. – Побольше, че ты жмотишься!

– Дожили, у меня даже на подзатыльник сил нет, – пробормотала Таби, протягивая ему пятьсот рублей. Издав довольное «Йу-у-у-ху!», Илья обнял Катю на прощание и с воплем «Детка, я на тебе женюсь!» бросился бежать к метро прямо по лужам.

Таби проводила его взглядом и искоса посмотрела на Катю.

– Что? Размышляешь над процентной вероятностью того, что я в этой семейке солнышек случайный подкидыш?

Катя хотела отшутиться, но вовремя заметила напряженные плечи подруги. Таби с ее пирсингом, мрачным видом и темными волосами и правда казалась пришельцем в собственной семье. Но это же просто внешность.