Категорически влюблен

Они вообще старались по возможности не пересекаться, хотя Катя частенько ощущала на себе его задумчивый взгляд, который о многом спрашивал без слов. Что ж… Она пока не была готова ответить. Не сегодня. Не завтра. И, скорее всего, не в ближайшую тысячу лет.

Почувствовав себя лучше, Катя наконец встала с коврика в ванной и вернулась в комнату, обойдя листочек со списком страхов по широкой дуге. «Не шаркай, ты же не старый дед!» – грозно окликнул ее мамин голос откуда-то из подсознания. Катя показала ему язык и позволила ногам привести ее к комнате Захара.

Дверь беззвучно открылась.

Катя не ожидала, что она и правда будет не заперта, поэтому замерла на пороге, держась за ручку, как за спасательный трос. Зайти или не зайти – вот в чем вопрос… Поколебавшись и виновато оглянувшись в сторону входной двери, Катя нащупала на стене кнопку выключателя. Щелк! В комнате стало светло.

Нет, просто удивительно, как это свин по имени Захар умудряется поддерживать здесь такую безупречную чистоту!

Может, он, как в диснеевских мультиках, танцует и поет, призывая птичек и мышек убирать мусор вместо себя? Катя погладила рулоны тонкой бумаги, исчерканные какими-то непонятными линиями. Ободряюще похлопала по плечу манекен, который лишился костюма горничной, а затем сунула любопытный нос в одну из картонных коробок на стеллаже. Это же…

– Пикачу, я выбираю тебя! – завопила Катя, с восторгом погладив плюшевый капюшон с мордочкой любимого покемона. В детстве она его просто обожала!

Не удержавшись, Катя подцепила ногтем крышку коробки побольше и удивленно охнула. В пене черной упаковочной бумаги утопал расшитый бисером красный корсет с бархатными лентами вместо завязок. Идеально для вампирской вечеринки на Хэллоуин! К нему бы еще ботфорты на каблуках, чулки и плетку…

По Катиным плечам побежали мурашки. Смущенно хихикнув, она осторожно вытащила корсет из коробки. Приложила его к груди, оглянулась в поисках зеркала и…

– Ой, – пискнула Катя.

В дверях стоял Захар. Опершись плечом о косяк и сложив на груди руки, он рассматривал ее с абсолютно непроницаемым лицом. Его взгляд скользнул по ее щеке, спустился по шее и, наконец, замер на груди, к которой Катя прижимала корсет.

– Тебе такое не подходит, – медленно произнес Захар.

Катю словно ударили в солнечное сплетение. То, как искренне и просто он это сказал, было больнее самого ядовитого комментария. Она и сама знала, что совсем не сексуальная. Ни фигуры, ни умения флиртовать, ни пресловутой женской энергетики. И все же услышать такое от Захара было…"

"– Я знаю. – Катя скорчила насмешливую гримасу, надеясь, что Захар не заметит легкой хрипотцы в ее голосе. Это был ее способ самозащиты: смеяться вслух, чтобы никто не услышал, как она плачет внутри.