Влюблен и очень опасен

Царица Клеопатра убивала мужчин, с которыми проводила ночь. Получала свое – и, как самка паука, сжирала своего самца. Правда это или красивая и страшная легенда, но Инга вынуждена поступать так же. Чтобы Макс потом не трепался о связях, ее порочащих. Как бы ни вела себя Инга, в любом случае она – женщина честных правил. И пусть кто-нибудь скажет, что это не так.

– Я еще не знаю, что с ним случится... Он плавать умеет? – насмешливо спросил отец.

Он и сам бы с радостью придушил Макса за то, что он посмел прикоснуться к его девочке...

– С гирей на ногах?.. Не знаю.

– Проверим."

"– Ты не о нем думай. Ты думай о Марке. И о себе. Пока он жив, тебе угрожает опасность. Может, останешься здесь?

– Нет, мне работать надо. И мама без меня скучает.

– С ней приезжай. Места всем хватит...

Эту шестидесятиметровую яхту заказал еще Каховцев, ее два года строили в Англии, и только пять месяцев назад она сошла со стапелей. Превосходное судно. Корпус из стали, надстройка из алюминия, дизайн самый современный, а интерьер – черный полированный дуб, белый оникс и травертин. Только одних гостевых кают здесь восемь, и еще зона для экипажа, который мог составлять двадцать человек. Хотя Инга держала при себе только капитана и двух его помощников.

Но больше всего Инге нравилось, что небольшая качка на яхте совершенно не ощущалась. Макс пытался объяснить, как работает антироллинговая система, но она мало что поняла. Не до того ей тогда было...

– Да, на выходные обязательно приедем всей семьей, – кивнул отец. – А потом сами в круиз пойдем. Если ты не против.

– Я только за. Лето длинное... Только бы с Марком справиться.

– Не волнуйся, мы работаем.

– Работаете... Только Настя непонятно где. Про Марка я вообще молчу...

– Я же тебе сказал, не волнуйся, – нахмурился отец, давая понять, что разговор на эту тему окончен.

Он перешел к другим делам. Порт, охрана, банк, торговые и развлекательные заведения... Но Ингу это мало интересовало. Пока Марк на свободе, всерьез она могла думать только о своей безопасности.

2

Марк держал Кирилла бережно, как вазу из тончайшего хрусталя, резкое движение боялся сделать, чтобы не повредить ему. И смотрел на него нежно, влюбленно.

И Настя могла бы смотреть на него так же. Потому что чувство к нему никуда не делось; оно всего лишь погребено под тяжестью ненависти. Ведь он убил ее отца. И не важно, признает он этот факт или нет; она точно знает, что его рука сделала ее круглой сиротой. Убить она его за это не может, но и жить с ним не станет. Может, и любит она его, но не быть им вместе. К тому же теперь у нее есть Игорь. И все мысли сейчас о нем...

Игорь сейчас далеко, но к вечеру будет. Он ушел в магазин за продуктами, за детским питанием. Туда километров пятнадцать и обратно никак не меньше.