Десять поцелуев, чтобы влюбиться

К собственному разочарованию, это не Дима. А наш верстальщик Глеб Шереметев. Отличник, чемпион по шахматам и просто хороший мальчик.

– Уже ухожу, – обернулась, прихватив свою сумку с кучей учебников. – Статью добивала. Ты что-то забыл?

– Да… – он замялся и нервным движением поправил круглые очки. – Я вообще-то тебя ждал.

– Меня? – искренне удивилась.

– Неловко было отрывать от работы. Хотел спросить… ты в пятницу свободна?

Вот вам и френдзона. Кажется, Сотня не ошибался.

– Глеб…

– Или в выходные, не обязательно в пятницу. Подумал, можем сходить в театр. У тебя нет парня, у меня нет девушки. Не подумай, я настроен серьёзно.

Да уж, серьёзнее некуда.

– Глеб, я не свободна.

– Не свободна на этой неделе или…

– В принципе, – решительно перебила его. – Предпочитаю проводить время со своим парнем.

Он смеётся, будто находит ответ крайне забавным. Какая-то неадекватная реакция. Даже, если представить, что у меня не было бы Димы, то у Шереметева всё равно нет шансов. Ни в одном из вариантов существования нашего мира.

– Ладно, я домой.

Уверенно направилась к двери, но Глеб успел схватить меня под локоть.

– Могла бы отшить нормально, а не всякую ерунду придумывать.

Чего?

– Прости? Ерунду?

– Нет у тебя никакого парня.

Оу… типичный мужской нарциссизм. Прогрессирует даже у ботаников.

– Тебе, разумеется, виднее.

– Маша, – сжимает руку чуть сильнее.

– Отпусти. Мне больно.

– Извини, – отходит чуть в сторону. – Ты мне давно нравишься. С первого курса.

Ага, если он ещё тут в любви признается, я не переживу.

– Шереметев, – набираю полную грудь воздуха и выдыхаю, стараясь успокоиться. – Давай больше не поднимать эту тему, ок? У меня есть любимый человек.

– Который очень ревнив, к тому же, – Дима толкает дверь и улыбается при этом во все тридцать два зуба. – Спойлер – Дездемона будет жить.

Дурак…

Пока Глеб в немом шоке смотрит на Сотникова, я быстро выхожу из помещения и направляюсь к лестнице, ведущей на первый этаж.

– Машуль, – Сотня хватает меня за руку. – Называй меня почаще любимым.

– Обойдёшься, – незаметно улыбаюсь, а Дима переплетает наши пальцы. – Я думала, ты давно в каком-нибудь баре.

– Был такой план.

– Но?

– Но я соскучился.

Резко тянет на себя и прижимается губами к моим. Наш поцелуй слишком жадный и горячий. Мы словно двое сумасшедших, соскучившихся друг по другу.

– А вдруг кто-то увидит? – шепчу.

Сердце колошматит в груди, колотясь слишком быстро.

– Тут никого, кроме твоего ботаника, – целует в шею, слегка покусывая и прислоняя меня к стене. – Признай, ты плохая девочка.

– Ты меня испортил, – провожу руками по его рубашке. – Сделал из меня вечно голодную и порочную.

– Это сладкая месть, детка.