Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Регина Филатова далеко не первая и уж тем более, не последняя.

Хотя над тем её появлением у него в квартире мы оба долго смеялись.

На лицо оказался сговор двух известных нам подлых лиц.

Ян, очевидно, просто хотел подгадить брату, а Регина… ну, а с ней всё понятно. Пиявка присосалась намертво. Это нам сам Сотников-младший рассказал. По «доброте душевной».

Как рассказал? Скажем, сболтнул в порыве необузданной ярости. После того, как Дима угнал его тачку. Ох, знал бы он чем мы там занимались…

Сотня отгонял от меня всех парней, включая своего младшего братца.

В универе мы перебрасывались пылкими и многозначительными взглядами, почти испепеляя друг друга. Незаметно переписывались. Сообщения Димы – бесконечно горячие и порочные, всегда вгоняющие меня в краску.

Иногда я ему специально долго-долго не отвечала, чтобы немного побесить. А он мне мстил – сладко, беспощадно и жарко.

Очень жарко!

Но, помимо всего прочего, у нас последний курс. Выпуск не за горами.

Сплошные курсовые, преддипломная подготовка. У Сотникова – работа на моего отца, а у меня – практика в журнале. Это помимо стандартных лекций, подготовительных занятий и факультативов, Диминого футбола и моей постоянной загруженности в студенческой газете. А ещё друзья и родители.

Хотя с этим уже попроще.

Как и сказала, у Князевой и Тарасова была своя собственная лав-стори.

Сначала Ник плотно и упорно добивался мою подругу. И, как следствие, в конце концов, достиг своей цели, чёртов танк.

Конечно, мне это не нравилось.

Мира нежная, ранимая, доверчивая и влюблённая в него по уши. Не смогла забыть этого бабника, попала в очередной раз в его коварные сети. Но разве я могла помешать или остановить лучшую подругу?

Нет.

Лезть в чужие отношения – плохая идея. Просто отвратительная."

"Только сказала Мире, что она фантастическая дура и дала ясно понять, как ко всему этому отношусь. Кто, если не я скажет ей правду? Друзья на то и друзья, чтобы не петь ванильные дифирамбы. Они помогают друг другу и поддерживают несмотря ни на что.

Несмотря на всё, я надеялась на новую улучшенную версию Никиты Тарасова. Того парня, который сделает мою лучшую подругу самой счастливой. Но я не верю в сказки. Могу сказать одно – если Мира проронит хоть одну слезинку, то я лично сломаю ему нос.

Мира сверкала, будто хэллоуинская тыква рядом с ним, заменяя свет сотен прожекторов. Без умолку рассказывала, как им хорошо вместе.

Может быть, поэтому мне было так стыдно перед Мирославой. За то, что сама скрывала наши с Димой отношения от неё. Я хотела рассказать, но почему-то всё не могла набраться смелости, решиться.

Ну вот трусиха я.

Она догадывалась. Нельзя не заметить, как мы с Димой смотрим друг на друга и где постоянно пропадаем.