Влюбленным вход воспрещен!

 – Это ты мне говоришь? Да ты сама меня таким сделала! Ты о меня постоянно вытираешь ноги! Ни в грош меня не ставишь!

– Просто я знаю твою настоящую цену! Цена таким, как ты, – копейка за пучок!

– Да?! Если бы не ты, мне была бы совсем другая цена! Я стал бы сейчас настоящим ученым! На прежней работе, в институте, меня высоко ценили, у меня был авторитет!

– Да, у тебя имелся определенный авторитет среди девочек-лаборанток! Скажи, дорогой, – ты их всех там перепробовал – этих худосочных девиц с тусклыми волосами и желтыми от реактивов пальцами?

– Что ты несешь! Я занимался перспективными исследованиями, и если бы ты не заставила меня уйти из института – я добился бы потрясающих результатов!

– А ты не забыл, дорогой, – голос Ольги стал тихим и вкрадчивым, – ты не забыл, сколько тебе платили в твоем обожаемом институте? Ты не забыл, как каждое утро клянчил у меня деньги на обед? Возможно, тебе нравилось положение содержанки при собственной жене, а мне это надоело! Поэтому я и поставила перед тобой вопрос – или меняй работу, или разводимся…

Григорий встал в позу и воскликнул:

– В конце концов, не все измеряется деньгами! Есть кое-что поважнее денег!

– Поважнее? Надо же, как ты заговорил! А ты забыл, во что одевался? Забыл, как ездил в набитом автобусе? Сейчас на тебе итальянский костюм, английские ботинки, галстук ручной работы, ты ездишь на отличной машине, и ты ко всему этому привык… Вряд ли ты согласишься пересесть из своей «Тойоты» в ржавые «Жигули», я уж не говорю про автобус…

– Стерва! – выпалил Григорий. – Это ты, ты сделала меня таким! Ты – пустая, ничтожная дрянь!

– Знаешь, дорогой, мы достаточно много друг другу наговорили, – голос Ольги неожиданно стал тихим и усталым. – Ты не забыл, что я только что потеряла сестру?

Ага, вспомнила все-таки про меня. И тут же мне стали понятными и Ольгина нервозность, и ее ужасный внешний вид, и скандал, который она закатила из-за разбитой машины. Машины, конечно, жалко, но я-то вижу, что сестра не в себе, она вся как натянутая струна. Это из-за моей смерти.

Потому что никого в этот трудный момент нет с ней рядом. То есть людей-то полно, а близких, кто помог бы пережить утрату, – ни одного человека. Вроде бы муж должен поддержать, а он вон как себя ведет.

И это еще Ольга не знает, что он сговорился за ее спиной с неизвестной девицей, чтобы ее подставить. И что муженек причастен к моей смерти…

Бедная моя сестричка, каково ей сейчас!

Я тут же опомнилась. Что я Ольгу жалею, на самом-то деле я живая, так что сейчас объявлюсь и все расскажу.

Но момент был неподходящий.

Григорий вовсе не жаждал перемирия. Он все еще рвался в бой.