Влюбись в меня

Он понял, чего мне хочется, и задрожал.

– Рокси, – простонал он, а затем замер и крепко сжал меня в объятиях.

Мы долго сидели неподвижно. Я чувствовала, что его сердце бьется столь же неистово, как и мое. Я ощущала его дрожь всеми клеточками собственного тела. Мы ничего не говорили. Мы… просто молча обнимали друг друга, и тишина вокруг нас наполнилась тысячами несказанных слов. Только когда мы отстранились друг от друга, я поняла, что настало время уйти.

– Мне нужно привести себя в порядок, – сказала я, но мой голос показался мне незнакомым: слишком низким и пустым.

Рис отпустил меня. Я слезла с кровати и подняла трусики с пола. На мгновение наши взгляды встретились, и я сделала вид, что не заметила его немого вопроса. Поправив бюстгальтер и майку, я развернулась и пошла в ванную. Много времени мне не понадобилось, ведь я понимала, что не смогу уйти, если задержусь хоть на минуту. Я привела себя в порядок и надела трусики.

Мне нужно было уйти, так ведь? Я не могла остаться здесь, не могла быть с ним, потому что я…

Я так давно была в него влюблена.

Грудь снова обожгло огнем. Я попятилась от двери, пытаясь проветрить голову, но мыслей было слишком много. Я села на бортик ванны, почувствовав холод сквозь тонкие трусики.

Я убегала. Я боялась. Он не сказал ничего нового. Черт, да я почти все это знала, но он озвучил это и сломал те стены, которые я воздвигла вокруг себя, сама того не заметив.

Я вздрогнула, услышав низкий голос Риса.

Уставившись на дверь, я попыталась вздохнуть, но у меня ничего не получилось. Давление нарастало. Я чувствовала, что вот-вот сломаюсь.

– Ты в порядке? – спросил он.

Дверь в ванную распахнулась, и на пороге возник Рис. Он не застегнул ни рубашку, ни пуговицу на брюках. Он взглянул на меня. Должно быть, все мои мысли были написаны у меня на лице. Его черты смягчились.

У меня перехватило дыхание.

Рис медленно вошел в ванную, словно боясь меня спугнуть.

– В чем ты виновата, малышка?

– В том, что случилось с Чарли, – дрожащим голосом сказала я. Казалось, я рассыпаюсь на части.

Нахмурившись, Рис опустился на колени передо мной и положил руки на бедра.

– Милая, ты не виновата в том, что с ним случилось.

– Виновата, – прошептала я, не в силах сказать это в полный голос. – Ты не понимаешь. Тебя там не было. Это я усугубила ситуацию.

– Рокси… – начал Рис.

– Генри тогда приставал ко мне.

– Рокси, ты не сделала ничего плохого, – сказал Рис, и его лицо исказилось от гнева и печали. – Ты вправе сказать парню «нет». И ты не должна переживать о последствиях. Ты ни в чем не виновата.

Когда Рис открыл глаза, в них не было ни осуждения, ни порицания – одна боль.

– Слова, – тихо сказал он. – Ты просто обронила несколько слов, как и Генри. А ты знаешь, что слова могут причинить огромный вред.