Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите

В этой отточенной к 1939 году формулировке и заключается революционное открытие, которое Моска попытался донести до своих современников. Власть в любом обществе принадлежит не отдельным «монархам» и не «всему народу»; наиболее значимые решения готовятся и принимаются хотя и небольшой по численности, но группой людей, составляющих правящее меньшинство. Вот почему предыдущие теории общественного устройства, основанные на аристотелевской классификации форм власти (монархия – олигархия – республика), мало применимы на практике:

«...режим в монархической Италии ближе режиму в республиканской Франции, нежели к режиму в Англии, тоже монархии; существуют также серьезные различия между политическими организациями Соединенных Штатов и Франции, хотя обе страны являются республиками» [Моска, 1994(1). с. 188].

Практически полезной будет лишь та социальная теория, которая вместо «политических организаций», создаваемых правящими классами, начнет наконец изучать сами правящие классы;

«...ключ ко многим великим тайнам истории, точное знание первопричин, детерминирующих расцвет или упадок великих человеческих цивилизаций, нужно искать прежде всего, изучая правящие классы... Только при таком условии... история сможет каким-то образом стать учительницей жизни и сможет преподать уроки тем, кто управляет судьбами наций» [Моска, цит. по: Рахшмир, 2001, с. 25].

Читатель. Отлично, я весь в предвкушении! Надеюсь, Моска хоть что-нибудь рассказал о правящем классе, к которому сам принадлежал? Целых три знакомых премьер-министра – было у кого разузнать подробности!

Теоретик. У меня создается впечатление, что Вы нарочно иронизируете. Прочитав уже не одну сотню страниц нашей книги, нельзя быть настолько наивным. Три знакомых премьер-министра – это прежде всего признак умения держать язык за зубами, необходимейшего из умений человека Власти. Моска написал тысячи страниц о самых разных правящих классах, начиная с древних евреев и заканчивая «российской буржуазией»[547], но ни словом не обмолвился о конкретных людях, составлявших, к примеру, правящий класс Италии:"

"«[Моска] просто повторяет, что правящий класс составляет меньшинство, но он не идет и не хочет идти дальше неопределенной отсылки на это “меньшинство"", например такой: “...эти немногие дюжины людей, которые стоят у рычагов государственной машины”., или такой “...группа, которая, в зависимости от обстоятельств, может включать две или три дюжины или даже сотню людей”» [Bobbio, 1962, р. 8].

Практик. Что характерно, не один он такой. Более того, практически все так называемые «воспоминания» о крупных политиках на самом деле являются пересказом легенд и сплетен. Реальные участники важных политических событий рассказывают о чем угодно, только не о них.

Теоретик.