Власть Варяга

— У тебя есть место, где можно было бы отсидеться?

— Найду, — уверенно сказал Илья.

— Куда ты сейчас?

— Хочу съездить к Ладе. Я ей нужен!

— Мне кажется, что не стоит этого делать, — все так же взволнованно продолжал Полозов. Подрезав справа, вперед выскочил старенький «Фольксваген», и Ростовский едва успел надавить на тормоз. Разговор становился все более напряженным. Не хватало еще влипнуть в аварию, вот тогда точно будет туго!

Ростовский перестроился в крайний правый ряд и встал за остановившимся троллейбусом.

— Вот как, и почему же?

— Каким-то образом они знают о Ладе и о тебе. Знают, что с ней случилось. Не исключено, что в больнице тебя будут ждать.

— Понятно… Вот что, пока возьми все дела на себя. Справишься?

— Постараюсь, — в голосе Герасима послышалось колебание.

— Какое-то время нужно будет отлежаться. Помнишь, я снимал Ладе квартиру, перед тем, как она переехала ко мне?

— Конечно, — живо отозвался Герасим, — она находится на улице…

— Не надо адреса! — перебил Ростовский. — Нас могут засечь. Если будет серьезная необходимость, заедешь ко мне. Я там буду несколько дней, после чего переберусь в другое место.

— Понял.

— Заберешь Ладу, она скоро должна выписаться.

— Сделаю!

— Все, отключаюсь!

Глава 25 СДЕЛКА"

"Телефонный разговор Ростовского засекли почти сразу. Вычислили даже улочку, откуда происходил разговор, но, когда туда подъехала группа захвата, здесь уже никого не оказалась. Впрочем, нет ничего удивительного, было бы очень странно, если бы Ростовский припарковал там машину.

Дескать, я жду вас, арестовывайте меня. Ростовский прекрасно понимал, что мобильные телефоны пеленгуются в течение одной минуты. Так что другой возможности может не представиться.

День не заладился с самого начала, и к этому следовало быть готовым. Особенно огорчила утренняя сводка. Еще одно убийство в лесопарковой зоне, девятнадцатилетняя девочка буквально была разорвана на части. Невозможно даже представить, какие муки она испытала перед смертью. Посмотрев фотографии, Чертанов увидел, что раны характерные, такие же, как и в предыдущих случаях. Затем кривой порез на шее, поставивший точку в ее существовании, и пусть теперь попробует кто-то утверждать, что это дело рук нескольких убийц. Зверствовал один и тот же человек — хладнокровный, расчетливый, по-своему очень умный и необыкновенно жестокий. А ведь казалось, что маньяк успокоился и убийств больше не будет. А теперь это старое дело наверняка всколыхнется, снова посыплются звонки сверху, с требованиями найти и покарать виновного, и, как обычно, никто и не вспомнит о том, что большую часть пойманных органами правопорядка маньяков искали по нескольку лет.