Старшая сестра его величества. Власть

Мне не досталось и крошечной капли этих эмоций.

Юная мать, валявшаяся в ногах Великой матери, вздрогнула и повернулась на звук его голоса. Ее лицо было заплаканным до такой степени, что опухло до неузнаваемости, а от глаз остались одни щелки.

— Папа?! — произнесла она спекшимися губами. И я услышала в ее голосе такую же отчаянную радость и надежду, которую увидела в его глазах, когда предложила забрать девчонку. — Папа! — она разрыдалась еще сильнее и прямо на коленях поползла к Адрею, протягивая ему младенца, — папа! Мой Лушка... Ты приехал за ним?! Ты заберешь его к себе?! Папа?!

Лушка?! От неожиданности я подавилась воздухом и закашлялась, с ужасом глядя на Малинку. Мне вдруг показалось, что это мой сын лежит на ее руках. До меня только сейчас дошло, что происходит. Эта бедная женщина родила сына. И Великая мать по правилам Ургорода, должна была отнять у несчастной ребенка. Холодок пробежал по спине, скатываясь каплей пота по ложбинке позвоночника.

И прежде, чем я успела что-то осознать, мой рот уже произнес громко и жестко:

— Мальчик тоже едет с нами, иначе все договоренности отменяются!

Великая мать взглянула на меня с усмешкой. Она все поняла. И наслаждалась моей болью.

— Как хочешь. Этот щенок все равно бесполезен для нас. И эта никчемная сука.

Если бы ненависть могла убивать, то Великая мать перестала бы дышать прямо сейчас. Потому что теперь мне все стало понятно. И так удивившее меня слово «никчемушка», и сочувствие в глазах Адрея... По легенде, которая известна моему мужу, я сбежала из Ургорода, родив сына. В его глазах я была на месте его дочери. Я тоже была этой самой «никчемушкой»...

Я прикрыла на мгновение глаза, благодаря Богиню за то, что не отказала Адрею в помощи. Я впервые обратилась к Ней вот так... и теплый, мягкий отклик где-то в глубине моей души, оказался полной неожиданностью. Значит Она всегда рядом? Это оказалось так приятно, что я улыбнулась. И моя светлая улыбка вызвала гримасу у Великой матери.

— Матушка, — в комнату заглянула вторая сестра-стражница, — жители Ургорода уже собрались на площади. Как вы велели.

Пока мы с Великой матерью снова проговорили пункты нашего соглашения, подписали документы, я настояла, чтобы они были сделаны в нескольких экземплярах, и условились о том, кто какие роли будет играть при выступлении перед горожанками, Адрей не сидел без дела. Он кинулся к дочери и опустившись на колени рядом с ней, обнял их обоих вместе с младенцем и что-то зашептал на ухо. Малинка снова плакала, но теперь было видно, что это слезы радости.

— Адрей, — позвала я мужа, когда мы закончили, — уводи Малинку с малышом. Собирайтесь. Сейчас Великая мать объявит меня своей преемницей, мы уедем сразу же. Не хочу оставаться в этом городе ни на единый миг.

Великая мать презрительно фыркнула.