Старшая сестра его величества. Власть

— Но зачем Великая мать подбросила этот кубок мне? Ты должна знать. Или хотя бы догадываться...

Я была уверена, что Третий советник раскрыл мою тайну и все эти разговоры ведутся, чтобы заставить меня самой признаться в том, кто я такая на самом деле. Поэтому прозвучавший вопрос поставил меня в тупик. Кажется, они говорят о чем-то другом. А я слишком поторопилась с выводами. У меня появилась крошечная надежда, что это еще не конец...

Оба герцога смотрели на меня вопросительно. И чего-то ждали. И судя по выражениям их лиц, это явно не было мое признание о том, что я принцесса Елина... Для этого они выглядели слишком добродушными. Но что? Что им было нужно от меня? Я попробовала заново воспроизвести разговор, чтобы разобраться, но не смогла. Слова, которые были произнесены, испарились из моей памяти. Остался только смысл, который я вложила в них сама, когда была уверена, что меня раскрыли. Я слишком сильно была напряжена и ничего не запомнила, кроме своей решимости уничтожить Третьего советника, который смотрел на меня с требовательным ожиданием, но без малейшей враждебности...

— Или такой же, — многозначительно повторил он, интонацией и движением глаз давая понять, что я должна продолжить его мысль. Но я все еще не знала на что мне намекают.

— Или такой же, — осторожно кивнула я, соглашаясь с... С чем-то. Я не знала, к чему это приведет. Но у меня просто не было выбора. Отказ надо было бы чем-то обосновать.

Третий советник расслабленно прикрыл глаза... мне удалось удовлетворить его. Я медленно разжала ладонь, убирая палец от ободка кольца. Я ошиблась. Третий советник и герцог Вийрон не знали, кто я такая. А значит я все еще могла идти вперед. Медленно и осторожно.

— Я же говорил! — резко выдохнул герцог Вийрон и с размаху хлопнул ладонью по столу. — Эта мерзкая стерва что-то задумала!

От удара я невольно вздрогнула. В голове звенело от перенапряжения, спина был мокрой. Я чувствовала себя так, будто бы меня заставили пробежать марафон, а когда я была уже на пределе возможностей, позволили остановиться.

— Ты уверена, что у Великой матери был еще один такой кубок? — Третий советник смотрел мне прямо в глаза.

— Да, — солгала я, не сомневаясь ни единой секунды. До меня стало доходить о чем, вообще, шла речь. Кажется, эти двое решили, что кубок служанке передала Великая мать, чтобы та подбросила его герцогу Вийрону. — Но зачем она это сделала? — вырвалось у меня.

— Мы думали ты нам это скажешь, — усмехнулся Третий советник. — Я же не зря взял тебя с собой Абрита. Ты должна что-то знать об этом. Судя по всему его, — он коснулся рукой стоявшего на столе кубка, — сделали тогда же, когда и тот, что был подарен его королевскому величеству. Ты должна была хотя бы что-то слышать об этом.