Старшая сестра его величества. Власть

— Ты прав, Жерен. — кивнула я, чувствуя, как заплетается мой язык, и с трудом выговаривая слова, которые хотела сказать, — я не зря уничтожила эту тварь. Его нельзя жалеть, — я глотнула обжигающую жидкость еще раз, уворачиваясь от руки Жерена, пытавшегося отобрать у меня фляжку. — Мне даже жаль, что ты не сказал мне этого раньше. Тогда я не переживала бы так сильно. И, вообще, — я нахмурилась и попыталась строго взглянуть на друга, — почему ты мне не сказал про этот древний обычай? Пусть он и не применялся сто лет, но я же должна была знать, что может прийти Глас и потребовать поединка. И, вообще, кто такой этот Глас? И какого он вылез? Хотел меня убить?

Мой друг тяжело вздохнул, вопросы были не такие простые, и он долго думал, что же мне ответить. А я снова сделала глоток хлебного вина. В голое шумело так сильно, что я почти не слышала, что говорил мне Жерен. Запомнила только, что Глас — это правая рука отца Гирема. И Жерен, когда станет старым и не сможет рулить своей бандой, тоже станет Гласом — человеком, который следит за соблюдением неписанного кодекса чести...

Я валялась в кресле, глядя в потолок, который мягко качался, вызывая тошноту. Стены плясали, а углы кривились, закручиваясь то в одну, то у другую сторону. Обстановка расплывалась, превращаясь в темное пятно, в котором ничего невозможно было различить. Я никогда в жизни не напивалась до такого состояния... ну, кроме, пожалуй, того раза, когда бежала из королевского замка по подземным пещерам.

— Жерен, — позвала я приятеля, лицо которого само собой кривилось и строило мне рожи. От этого хотелось смеяться. Но сначала я должна была узнать кое-что другое. То, что всплыло в моей голове и не давало покоя. — А эта девушка... невеста... которую изнасиловали... этот парень ее бросил, да?

— Орег? Нет, не бросил...

Сеанс психотерапии от Жерена оказался очень эффективным. Я впервые за много дней спокойно заснула, проспала до полудня и встала в отличном настроении. Даже головная боль от похмелья почти не ощущалась.

— Ваша светлость, к вам посетитель из Нижнего города, — сообщила горничная, которую я вызвала, позвонив в колокольчик, — он ждет вас с самого утра, говорит, что у него очень важное дело. Мы не хотели его пускать, но у него записка от господина Жерена.

— Хорошо, — кивнула я и присела к туалетному столику, — причеши меня и помоги одеться. Пора заняться делами, — улыбнулась я своему отражению. И мысленно добавила, что я слишком надолго все забросила. Надо наверстывать.

Когда я вышла в гостиную, то с удивлением увидела сидевшего на диване старика в белых одеждах. Он сидел с идеально прямой спиной, от чего напоминал генерала в отставке, и опирался на длинную сучковатую палку. По этой палке я его и узнала. Сразу захотелось выгнать его из дома...