Старшая сестра его величества. Власть

— К тому я же совершенно не умею драться. Он убьет меня сразу же!

Старик равнодушно пожал плечами. Мол, ничего не знаю.

— Жерен, — обернулась я к другу, — скажи ему! Я не могу драться! Ты же знаешь!

Жерен тяжело вздохнул, сделал шаг вперед и поклонился этому старому гаду, который все испортил:

— Глас, я прошу замены. Позволь биться мне вместо моей королевы.

— Ты же знаешь, правая рука, — улыбнулся старик, — в ночном сражении за титул может участвовать только тот, кто готов взвалить а себя эту ношу. Если хочешь сам стать ночным королем, то можешь сразиться с победителем после первой битвы.

— Что за бред вы несете, — не выдержала я, — Аруг забрал у Гирема титул без всякого боя. Да и Гирем вряд ли дрался со своим отцом. Почему же вы вспомнили об этом обычае только сейчас?

Старик взглянул на меня:

— Ты права, Елька. Но Аруг и Гирем уже доказали свою силу до того, как пришли за титулом. А ты нет.

Вот же гад! Я в отчаянии оглянулась. Что же мне делать?! Я не могу принять бой, ведь это неминуемая смерть. Но и отказаться не могу... Я же видела, как на меня смотрели те, кто все еще стоял за моей спиной, но теперь был на стороне мерзкого старикашки.

— Елька, — Жерен шагнул ко мне и протянул пояс с ножнами, — вот держи. Я приготовил их специально для тебя. Это оружие амазонок из королевства Кларин, только оно идеально ложится в женскую руку. Бей под ребра, резко и изо всех сил. Тогда ты достанешь до сердца... Или режь шею. Так убить проще всего, если, конечно, он позволит тебе нанести такой удар, — он тяжело вздохнул.

Я с ужасом, как на гремучую змею, взглянула на витой ремень, лежавший в протянутой руке, на простые кожаные ножны, без каких-либо украшений, на рукоять кинжала из старой, покрытой тонкими трещинками кости, верхнее ушко которого было соединено длинной, крепкой стальной цепочкой с поясом. В королевстве Кларин амазонки всегда привязывали оружие к поясу, чтобы не потерять его в пылу боя.

— Ты знал?! — ахнула я. Мне кажется, сейчас я удивилась гораздо больше, чем когда старик предложил мне доказать право на титул в битве.

Жерен снова тяжело вздохнул и взглянул на меня виновато:

— Я надеялся, что этого не случится. Этот обычай не применялся уже несколько сотен лет, и у меня не было оснований думать, что в этот раз Глас решит по-другому.

Это был конец. Окончательный и бесповоротный.

Я прикрыла глаза, смиряясь с тем, что прямо сейчас умру. Либо меня убьет Аруг, либо ночные жители.

Осталось только выбрать, как именно это будет: меня зарежет мой враг, который уже схватил нож и с мерзкой улыбкой на лице ждет, когда а приму решение, либо меня забьют возбужденные предстоящим зрелищем жители. Они уже подобрались ближе, окружая нас плотным кольцом диаметром не больше пяти метров. Нечего было даже надеяться, что мне позволят сбежать...