Старшая сестра его величества. Власть

Значит, либо Великая Мать недооценивает свою сестру, либо она не хочет, чтобы я с ней сближалась, либо есть какие-то другие причины, о которых я пока не знаю.

«Но у меня есть еще одна сестра — герцогиня Бокерй, твоя свекровь. Не знаю, обратила ли ты внимание на наше сходство, но в детстве и юности нас очень часто путала даже родная мать.

Собственно, поэтому и случилось то, что случилось.

Мы родились почти одновременно, но одной из нас было суждено стать Наследницей, а другой — всего лишь игрушкой в руках Великой Матери, орудием для достижения поставленных целей, супругой принца и матерью девочки, которая должна была стать Наследницей силой Древних Богов и будущей королевой».

Ничего нового, я усмехнулась, точно такое же желание было и у самой Великой матери. Яблочко от яблони недалеко падает.

«Воспитывали нас по-разному. Одну обучали, как будущую королеву, а другую — как будущую Великую Мать. Только тогда мы не подозревали, что разница между этими ролями гораздо глубже, чем могло бы показаться на первый взгляд.

Пока одна корпела над учебниками по экономике и политологии, вторая веселилась и развлекалась, проводя время в кругу сестер. Пока одна училась быть жесткой и даже жестокой, вторая восхищалась прекрасными закатами и купалась в любви мужчин и влюблялась сама.

Великая Мать шла к своей цели очень упорно. Ей удалось подписать с королем Грилории предварительный брачный договор, согласно которому принц должен был жениться на ее дочери сразу, как ей исполнится восемнадцать. Сестры знали об этом и были готовы следовать воле матери».

Я прекрасно понимала о чем пишет Великая Мать. И об учебе, и о готовности следовать воле старших. Я тоже беспрекословно вышла бы замуж за того, на кого указал бы отец. Да, я мечтала, чтобы это был Эбрахил, и даже просила отца о такой судьбе, но приняла бы любое его решение. Потому что я принцесса. Потому, что я должна. Меня так воспитали.

«Накануне приезда жениха Наследница решила устроить для сестры прощальную прогулку. Она тайком вывела сестру в город, чтобы в последний раз прогуляться по родным улицам, потанцевать и повеселиться. Она и раньше так делала, помогая сестре отвлечься от бесконечной муштры.

Но тот раз получился совершенно особенным.

Я помню этот вечер так, как будто бы он случился только вчера. Мы гуляли по ярмарочной площади в Ургороде. Она никогда не пустовала. Но если по утрам расставляли свои шатры почтенные торговцы, то вечерами их места занимали музыканты, циркачи и артисты, чтобы веселиться всю ночь.

И там, у одного из костров, где собрались купцы из Аддии, я увидела его... Он танцевал под рокот аддийских барабанов, извиваясь так, как будто бы в его теле не было костей.