Владыка башни

Квадратная, с грубыми каменными стенами и единственным окном справа. В центре — простой стол из потемневшего дерева, его поверхность блестит, хотя нет ни лампы, ни солнечного света. За столом сидит женщина, она смотрит на него испытующе и в то же время сердито. Напротив нее пустой стул.

— Я знаю, кто ты такой, — медленно произносит женщина, ее голос порождает новое, необычно долгое эхо.

Ваэлин идет к столу, но останавливается, услышав далекий призыв. Словно бы кто-то просит его и плачет. «Кажется, повторяют мое имя?»

— Неужто Токрев сподобился? — Женщина склоняет голову набок и прищуривается. — Нет, вряд ли.

Она темноволоса, молода и красива, в глазах светится злой ум: самое черное зло, которое ему когда-либо встречалось. Напоминает тварь, жившую в Баркусе, но по сравнению с этой женщиной тварь кажется теперь не более чем злым ребенком.

— Кто я, ты знаешь, — говорит Ваэлин. — А кто ты сама?

— Теперь — певчая птичка в клетке, — грустно усмехается она. — Как и ты."

"Он пытается призвать песнь и получить путеводную нить, но ничего не выходит.

— Здесь уже нет песен, милорд, — говорит она ему. — И нет даров, кроме тех, которые приносит он, а его дары не благодатны.

— Он?

По лицу ее пробегает судорога ярости, женщина с силой бьет кулаком по столешнице.

— Не пытайся меня обмануть! Нечего строить из себя дурака! Ты сам прекрасно знаешь, где находишься и кто тебя сюда заточил.

— Наверное, тот же, кто заточил тебя?

— Его кара жестока, но он совершенно лишен воображения. — Женщина смеется, откидываясь на спинку стула. — Ну или почти. Сам посуди: эта комната, холод, никаких развлечений, кроме воспоминаний, а их у меня много. — Ее взгляд делается отстраненным, рука машинально потирает грудь. — Любил ли ты кого-нибудь, милорд?

Вновь слышится тот же призыв, только на сей раз громче, Ваэлин теперь совершенно уверен — чей-то далекий, хорошо знакомый голос произносит его имя.

Не ответив на ее вопрос, он подходит к окну и выглядывает наружу. Пейзаж непрерывно меняется. Сперва облака вихрятся над высокими горами, затем эти горы начинают осыпаться, их склоны делаются все ниже, покрываясь густой травой, и вот уже за окном — холмистая равнина.

— Все время меняется, — поясняет женщина. — Горы, моря, леса… Места, где он когда-то побывал, полагаю.

— За что он поместил тебя сюда? Что ты такого натворила?

— Полюбила, но мне не ответили взаимностью. — Ее рука останавливается, потом ложится на стол. — Вот в чем мое преступление.

— Я уже встречал прежде подобное существо. Ты не способна любить.

— Уж поверь мне, милорд. Ты никогда не встречал никого, подобного мне. — Она кивает на стол.

Прежде никакой флейты там не было, он мог бы поклясться.