Владычица Эббона

Синн убил некроманта, который, управляя моим братом, привёл Рика к артефакту и заставил его активировать. Тело шамана на опознание забрали оборотни. Пока известно только, что он родом с юга Верриды. 

Драмора задержали в городе агенты Тайной Канцелярии. Он, руководя через марионеток мятежом, попал под стазис, и был обнаружен во время облавы. Правда, придя в себя и поняв, что к чему, попытался последовать примеру своего подельника Хатрила. У него даже почти получилось, но задержавший его агент, извещённый о такой вероятности, вовремя зарядил заморозкой по лицу бывшего магистра.

Но мы до сих пор не нашли Рика. На поиски брошены десятки лучших ищеек в команде с опытными горняками, но его следов пока никто не обнаружил. И хотя я знаю, всей душой своей чувствую, что мой брат жив, но сердце ведь всё равно не на месте. А вдруг ранен, а вдруг его засыпало, и он всё это время лежит где-то глубоко под землёй истекая кровью?

И люди, ставшие безвольными марионетками… мы по-прежнему не знаем точно, как их спасти. Лучшие умы Ковена магов, в том числе мой дядя, уже ломают головы над куклой, оставшейся мне от Рика. 

Подвижки есть. Но никто не берётся сказать, сколько времени потребуется, чтобы до конца разобраться, как работает эта штука. 

А ведь Рик разобрался. Он смог перекинуть нити контроля, которыми его держали, на меня, дав тем самым мне возможность освободить его.

Конечно, далеко не все заговорщики и мятежники были порабощены с помощью проклятых кукол. Большинство просто подпали под мощнейшее ментальное воздействие, усиленное артефактами, что изобрели совместно Драмор с Хатрилом. Но очень много осталось тех, кто пострадал намного серьёзней.

В общем забот ещё хватает.

– По-моему, всё замечательно сочетается. Все молодцы. Я довольна. Снимайте это уже и отпускайте меня работать, – оценив свой внешний вид в зеркале, требую я у тёти Марион, и королевской швеи с её подручными.

– Ты неисправима, – фыркает баронесса.

– Возможно, – улыбаюсь я ей примиряюще. – Платье восхитительное. Я восторге, правда, но мне уже надо идти.

По прогнозам целителей как раз уже должен прийти в себя обмороженный Драмор. И на этот раз я решительно настроена присутствовать на допросе, что бы там Синн не говорил.

И как часто это бывает, стоит мне только о нём подумать, как мой супруг сразу же появляется. Чувствует он что ли? 

Вот и сейчас Синн, не утруждая себя стуком, заходит в наши теперь уже общие покои.

И застывает столпом у двери, жадно пожирая меня взглядом. Я, наверное, никогда не перестану наслаждаться тем, как он на меня смотрит. Когда от одного лишь взгляда любимых глаз весь остальной мир замирает, и мы остаёмся в нём одни.

– Нравлюсь, муж мой? – тяну, неспешно поворачиваясь перед ним.