Князь Владимир

Кто попытается грабить раньше времени, тот будет грабить не местных жителей, а своих же друзей!

Викинги одобрительно зароптали, искоса бросали взгляды направо и налево. Это они понимали. Завтра утром можно поделить весь город, дома и людей вместе со скотом и богатствами. И хотя велик соблазн ворваться в богатый дом, убить мужчин, а женщин насиловать, срывая с них золотые кольца и серьги, но зачем это делать впопыхах, словно спешишь унести ноги?

Ни один из викингов не спал. Ингельд заметил, что некоторые уже почти грызли края своих щитов, готовые впасть в священную ярость берсерков. Кое-кто точил меч, а когда Ингельд появился среди викингов, он услышал нетерпеливые голоса.

– Слушайте, – сказал он негромко, – и передавайте дальше, так как я не могу кричать: за стеной могут быть чужие уши. Конунг Вольдемар уверен, что я вас собрал здесь, чтобы не бесчинствовали в его городе. Он прав, но только наполовину! Я собрал вас здесь, чтобы вы не бесчинствовали… в своем городе!

Одобрительный ропот и смех встретили его слова. Он вскинул руку, обрывая голоса:

– Я сам поведу малый отряд на княжий терем. А вы, все здесь опытные воины, разбейтесь на отряды для захвата боярских домов. Убивайте, убивайте и убивайте! Не останавливайтесь, если это женщина или ребенок. Киян слишком много, они сомнут нас числом, если не успеем за ночь срезать всю верхушку… Рольд, пойдем еще раз проверим дорогу к терему конунга Вольдемара!

Из окон княжеского терема падали отблески факелов, на узорных занавесях метались черные силуэты. Доносились удалые песни: конунг Вольдемар праздновал победу. Дружинники великого князя, уже навеселе, радостными воплями приветствовали ярла и его помощника. Оба показали себя в боях, а отважных уважают везде.

– Я бы сохранил жизнь Вольдемару, – сказал Ингельд с сожалением. – Но он ведь дерется как разъяренный тур! Он перебьет половину моего отряда, если пытаться взять живым.

– Я тоже, – вздохнул Рольд, – его полюбили многие. Но ведь, не удавив пчел, меду не достать?

– Увы. Но он должен погибнуть как викинг: с мечом в руке на пиру!

– Да, это будет достойная смерть.

– И пусть он попадет в небесную дружину Одина!

Они обошли терем, прикидываясь пьяными, вернулись к крыльцу, где дверь была распахнута настежь. Ингвар посмотрел на пьяного боярина, что мочился прямо с крыльца, пока не свалился через перила и не захрапел в собственной луже. Мелькнула не такая уж и безумная мысль, что с Рольдом могли бы ворваться в терем, проложить кровавую дорогу до самого верха, где только сам конунг и его наиболее близкие… Вряд ли те смогли бы что-то противопоставить яростной мощи двух викингов-берсерков!

– Пойдем, – сказал он сдавленно, – пора выводить людей. Поделимся славой.

Рольд лишь хмуро оскалил зубы.