Владелец

— Я же видела, что тебе понравилось… У тебя во время оргазма даже черты лица заострились. И глаза изменились… мне показалось.

Кай медленно окинул женщину циничным взглядом: холеная, ухоженная, сексуальная и продажная от макушки до кончиков пальцев. Подойдя к кровати вплотную, произнес бесстрастно, но твердо:

— Показалось!

Черный зрачок почти затопил шоколад радужки в глазах женщины, ноздри затрепетали от жадно вдыхаемого воздуха, что подсказало — она возбуждена и злится, но, неожиданно равнодушно пожав плечами, аеранка мурлыкнула:

— Может быть!

Кошкой скользнула к нему, отбросив свои тряпки в сторону, и, прогибая темную, блестящую в приглушенном свете гостиничного номера спину, посмотрела прямо — глаза в глаза. Призывный шоколадный взгляд и леденящий душу серый сцепились в безмолвном поединке. Демонстративно покорно склонившись перед мужчиной, женщина аккуратно взяла его плоть и начала активно ласкать, пробуждая страсть.

Кай на мгновение даже прикрыл веки от удовольствия, ощущая, как кровь приливает к паху. Новая разрядка не заставила себя долго ждать. Он обхватил затылок аеранки, сильными пальцами зарылся в волосы и стал поглаживать, словно благодаря. Но на самом деле искал на голове нужные точки — свидетелей, особенно таких приметливых и много знающих, оставлять не стоит.

В тот момент, когда он уже собрался направить импульс в пальцы, сдавливая затылок женщины, раздался громкий сигнал его зума. Аеранка довольно потерлась о его пах, даже не догадываясь, что в эту секунду избежала смерти. Кай не любил убивать, особенно женщин, но относился к этому прагматично: такова его профессия. Его раса верит в знаки судьбы и высшие силы, которые руководят ее представителями. Только по этой причине он выпустил голову женщины из своего смертельного захвата и легонько оттолкнул ее. Ибис вновь начала раздражать.

Взяв зум с тумбочки, Кай проверил, от кого пришло сообщение, и внутренне возликовал, хотя никак не выдал своего состояния. На его лице по-прежнему сохранялось выражение полного безразличия. Ему часто казалось, что оно срослось с ним, приклеилось намертво, потому что, даже когда для дела требовалось улыбаться, удавалось сие с трудом.

— Ибис, о нашей встрече здесь — забудь, о нашем деле — тем более. Помни, если откроешь свой умелый ротик, больше он тебе не понадобится…

— Да как ты смеешь? Я для тебя все сделала, достала столько информации…

— Украла, ты хотела сказать. А затем продала мне. За весьма приличную сумму.

Отвергнутая красотка возмущенно вскочила с кровати и заметалась по номеру, собирая одежду и обувь. Надев туфли и чересчур облегающее роскошную фигуру платье, подхватила сумочку и поспешила к выходу.