О вкусах не спорят, о вкусах кричат

Ваш сад, Рианон, готов.

И я подробно, не забывая про еду, рассказала, что теперь растет в саду резиденции и как с этим обращаться.

– Все организационные вопросы я оставляю вам.

Рианон только кивнула, она была занята своими мыслями, и они, видимо, приводили ее в немалый восторг.

– Для вас, Ранкор, доклад будет чуть позже.

– Прекрасно, – ответил император, тоже что-то сосредоточенно обдумывая, видимо подыскивая применение моим прекрасным цветочкам.

Дети императорской четы все как один смотрели на меня.

– Знаешь, Ринтар, я начинаю бояться твоей невесты, – сказал Крон, остальные братья закивали.

– У меня в кабинете на стене висит картина, которую она нарисовала в момент гнева. Вот она-то и не позволяет мне расслабляться.

– Вы же не могли повесить это… эту мазню на стену!

– Я вам еще тогда сказал, что ваше произведение мне понравилось больше всех, и не солгал.

Я угрюмо продолжила трапезу, сопя от обиды, а он, положив мне сзади руку на шею, слегка ее погладил. Не будь здесь свидетелей, я воткнула бы ему в руку вилку.

– Это та самая… – начал было Минос.

– Да.

– О!..

Я посмотрела на них исподлобья – а мама всегда говорила, что взгляд у меня тяжелый, – и разговор сразу перетек на другие темы.

После обеда я затребовала обещанную мне личную лабораторию.

– Какую комнату вы хотите?

– Ту, которая находится рядом с моими апартаментами.

– В принципе это возможно, но разумно ли делать лабораторию рядом с жилыми помещениями?

– Поверьте, Ринтар, я зачарую помещение так, что никуда ничего не просочится. И еще, я хочу увидеть досье всех работников архаза, вот список.

Просмотрев его, Темный принц ответил:

– Занесу вам завтра вечером.

– Прекрасно, спасибо.

– Вы сейчас в архаз?

– Ближе к вечеру. Сейчас мне надо заняться личными комнатами.

А заняться действительно было чем. Сначала я замуровала все входы, кроме одного, в новых, только что отведенных мне апартаментах. А потом начала их зачаровывать. Через три часа в моих комнатах и лаборатории можно было устраивать апокалипсис, а мир и не заметил бы. Теперь никакие эксперименты не страшны, никакие прослушивания, и вообще, мои апартаменты – моя крепость, которая выдержит любые осады. Еле дотащившись до ванной, я ополоснулась и, едва моя голова коснулась подушки, заснула. В архаз я так и не попала.

Сон?

Ночью мне снился сон. К моему телу кто-то прикасался, развязывая шнуровку на сорочке, и, скользя пальцами по ее краю, очень, очень нежно ласкал каждый сантиметр кожи, опускаясь ниже по ногам, щиколотке, ступне, а потом – все сначала. Сон ушел так же незаметно, как и появился. Проснувшись, я почувствовала себя отдохнувшей, и я бы подумала, что мне все приснилось, только вот шнуровка на сорочке была завязана не так, как вечером.