Вкус счастья

— Я чувствую, как они удивленно хмурят брови за моей спиной. — Лорел повела плечами, словно избавляясь от неприятных ощущений. — А тебя это совсем не волнует?

— С чего вдруг? Давай дадим им настоящий повод. — Дел развернул ее к себе и крепко поцеловал. — Вот. Ответ на их вопросы. А теперь вперед, к картофельному салату.

Ему легче, думала Лорел. Он спокойнее относится к чужому мнению. Делани Браун из коннектикутских Браунов, а это в Гринвиче кое-что значит. Конечно, она сама так о нем не думает — то есть редко так думает, — и он, пожалуй, вспоминает, лишь когда ему это выгодно. Но другие не забывают.

У Дела есть имя, положение, богатство. Первая же совместная прогулка напомнила ей, что он гораздо больше чем ее друг детства и потенциальный любовник.

Секс и скандал. Ну, в ее семье было и то, и другое. Наверное, многие вспомнят и снова начнут пережевывать старое и за коктейлями в клубе будут размышлять, не нацелилась ли Лорел Макбейн на Делани Брауна ради его имени, положения и богатства.

Ее это не сильно беспокоило и вряд ли будет беспокоить в будущем, если только не отразится на Деле или Паркер.

— О чем задумалась, подруга? — Мак присела рядом, подтолкнула ее локтем. — В национальные праздники грустные мысли запрещаются.

— Совсем не грустные… Послушай, ты никогда не задумывалась, что мы с тобой здесь делаем?

Мак слизнула с пальцев помадку.

— В философском смысле?

— Нет, я не философствую. Я просто говорю о себе и тебе. Бесплатная школа, проблемные семьи, ухабистое детство.

— Мое было поухабистее.

— Но ты выиграла приз.

— Да. — На мгновение Мак уставилась на свой пластмассовый стаканчик с лимонадом. — Говоря об ухабах, Линда вчера вернулась.

— Теперь это меня не так сильно трогает. Она живет в Нью-Йорке со своим новым мужем и все еще на меня злится. Хорошо, что издалека.

— Дай бог, подольше.

— И это теперь не так уж важно, ведь я действительно выиграла приз. — Мак взглянула на Картера. Тот разговаривал с учениками, нашедшими его в толпе.

— Он потрясающий, — согласилась Лорел. — А у нас были такие милые учителя?

— Мистер Циммерман. История США. Он был милым.

— О да. Мистер Цимми. Очень милый, но гей.

Зеленые глаза Мак распахнулись от удивления.

— Ну да. Наверное, ты отбывала очередной срок в академии, когда это открылось.

— Сколько же интересного я упустила, прыгая туда-сюда. Ну, гей или нет, он сыграл главную роль в нескольких моих подростковых снах. Выпьем за мистера Цимми.

— За мистера Цимми, — откликнулась Лорел, чокаясь банкой со стаканчиком Мак.

— Возьмем Эмму. Дружная семья, большая и крепкая, как скала. И привилегированная. Затем Паркер. Брауны — это Гринвич. Теперь ты. Чокнутая мать, безответственный отец. Никогда не знаешь, где окажешься в следующую минуту.