Вкус предательства (СИ)

— С ним ведь все в порядке, да? — слегка нервно выходит.

— И да, и нет. Много всего произошло, но, кажется, его сильно подкосило.

— Максим, я понимаю ваши переживания, но причем тут я?

Как бы я не хотела признавать, он заставляет меня переживать за Ризанова втрое больше, но я ведь не доктор Айболит.

— Это не мое дело. И я пойму, если не захотите разговаривать. Просто многое открылось, сам он вряд ли Вам расскажет. — тихо отвечает, опуская взгляд.

— Что открылось?!

Теперь уже я не на шутку встревожена и удивлена, что там еще то могло быть.

— Вас подбросить? Я в машине расскажу если…

— Да.

Отвечаю быстрее, чем стоило бы. Но сейчас к черту все. Если это может вновь касаться меня, значит, я имею право знать, так? Да и сомневаюсь, что меня может что-то удивить…

Оказываемся в машине уже через десять минут.

— И? — начинаю тут же, только пристегнув ремень безопасности.

— С чего бы начать…

— Давай с самого сложного… — может ему это поможет.

Как у нас на репетициях. В первую очередь самые сложные связки, затем уже то, что в сравнении кажется элементарным.

— Как выяснилось, Мия не дочь Артура Александровича. — выруливает и спокойно сообщает новость, от которой у меня кровь стынет в жилах.

— Что?!

Грудная клетка сходит с ума и я таращусь на подопечного Артура, как на больного.

— Девочка от Абрамова. — отвечает Максим, мазнув по мне глазами.

А у меня невольно начинает дрожать верхняя губа. Отворачиваюсь в окно, прикрывая рот рукой.

Боже!

Молчу, не зная, что и говорить.

Он ведь наверняка убит.

Я рассказала про выкидыш, затем он узнал это… Как же тяжело. Одинокая слеза невольно скатывается из глаз.

— Абрамов сейчас в тюрьме, ждёт суда. Катерина уже отпущена с условиями.

Шок — это лишь легкий намек по сравнению с тем, что я испытываю.

— Как он? — глухо звучит вопрос.

Остальные меня не волнуют. Не надо быть большого ума, чтобы понимать, что Артур не оставил бы и не спустил бы им все с рук.

Глава 37

Артур

— Что по срокам? — устало тру переносицу, задавая вопрос руководителю проекта.

— Успеваем, Артур Александрович. Опережаем на три дня. — довольно заявляет.

— Увеличьте разрыв на неделю минимум. Дальше съедут, чтобы мы были готовы.

Он кивает, записывая себе в блокнот.

— Вопросы есть? — обращаюсь к остальным.

Все, как один отрицательно качают головой.

— Спасибо, все свободны.

Наконец-то.

Затянувшееся совещание выпило все соки. Но и не мудрено, пока я тут разбираюсь в дерьме, работа отошла на второй план.

Сотрудники стремительно покидают кабинет, потому что не хотят находиться рядом с взбешенным шефом, а я, в итоге, наслаждаюсь тишиной. Как только опускаюсь в свое кресло за столом и расслабляю ворот рубашки, раздается голос секретаря.

— Артур Александрович, к вам тут пришли.