Вкус предательства (СИ)

Спорткар конечно с низкой подвеской, но тем не менее прорываюсь насколько могу, ближе. Оставляю машину у ворот, срываю гребанную бабочку, расслабляя ворот рубашки, и выхожу, двигаясь целенаправленно к воде.

Здесь даже пахнет иначе, как будто лесополоса. Совсем не прогулочным шагом, по памяти иду к тому месту, что нагло присвоил себе. И только когда оказываюсь в метрах пятидесяти, вижу очертания хрупкой фигуры на все той же бетонной плите.

Горькая улыбка тянется на лице.

Моя девочка из прошлого, накинув капюшон на голову сидит прямо на искусственном камне. Снимаю пиджак осторожно двигаясь ближе к ней."

"Грудина сходит с ума. Не хочу тревожить, и в то же время, упускать этот момент. Будто тот факт, что она здесь, подарок на этот чертов праздник.

Раздумываю, как начать разговор, но все, что лезет в голову звучит по-идиотски. Так и не найдя вариантов, молча сажусь рядом с ней, оставляя между нами уже привычное расстояние в метр.

Она тут же поворачивает голову и пронзительно смотрит своим лазурным взглядом, будто, черт возьми, в душу. Я же, расстелив пиджак на бетоне, отвечаю таким же.

Молчание, которое сейчас между нами, то молчание, которого я даже не заслуживаю. Тихое спокойное, без ненависти, только лишь с отчаянным разочарованием, ноющей болью и сожалением.

Глава 30

Смотрим друг на друга, как впервые. И так хочется отбросить все маски, наконец, рассказав о том, что было…о душе, что так долго горевала.

— С днем рождения, Артур. — полушепотом говорю, боясь спугнуть такое хрупкое спокойствие в своих же эмоциях.

Он поджимает губы, кивая:

— Спасибо, Ника. — переводит взгляд на водную гладь: — Почему ты здесь? Не подумай…

— Я не думаю. — перебиваю его: — Давно не была, хотелось посмотреть также здесь или нет.

— И как?

— Одновременно, ничего не изменилось и поменялось все. — говорю правду.

Когда я была здесь в последний раз, не могла ровно дышать от переполняющего счастья.

— Согласен. Совсем не так.

— Водишь сюда дочку? — сама не понимаю зачем задаю этот вопрос.

Артур сжимает челюсть, и запоздав на пару секунд, кивает. Наверное, неудобный вопрос. Хотя, скорее неудобно все. То, что здесь я, он, и то, что за нашими спинами.

— Как ты? — поворачивается в мою сторону: — Я имею в виду вообще…

Крайне странный разговор, но полагаю, что все таки неплохо нам хотя бы один раз поговорить. Может быть и я решусь в итоге открыть душу, чтобы с чистой совестью уехать.

— У меня все хорошо… Я даже и не знаю, что тебе сказать. — он поворачивается ко мне, сложив руки в замке на коленях.

— Расскажи все, что готова.

Усмехаюсь, какая-то глупость. Тем не менее тоже сажусь вполоборота к нему. Легкостью в нашем общении даже и не пахнет, но может быть эта иллюзия и станет точкой.