Вкус предательства (СИ)

 — звучит глухо и серьезно: — Не понимаю зачем ей сейчас признаваться…

— Это ж прозрачно! После того, как она завалилась на своей сцене все пошло под откос, конечно, деньги то нужны. Ты ведь сейчас, на коне. И тогда был да, но сейчас то круче. — ухмыляется он: — Не всем дано так.

Смотрю на него, очевидно, многого не зная о своем “друге”.

Значит о сцене он знает… Ублюдок! Не всем, говоришь, дано так… Что это, у семейки проблемы, и сынок решил подсобить моими деньгами?!

Держи. Себя. В. Руках. Ризанов.

— Что за падение на сцене?! — делаю вид, что совершенно не представляю о чем он вещает.

Затыкается, и даже слегка краснеет. Непонятно, то ли от гнева на самого себя, то ли от того, что так тупо проболтался. Очень этот человек по натуре не любит прокалываться.

— Да, слушай, как-то мельком давно видел, мол че то случилось. Не бери в голову. — отмахивается: — Я пойду, ты подумай по поводу праздника, идет?! Надо бы как в старые добрые…

Глаза совсем не выдают бывалого интереса в том, что он говорит, но я киваю, провожая его взглядом.

Беги, сука, беги. Будет тебе, как в старые добрые.

Глава 25

Неделя проходит в каком-то сумасшедшем ритме. Постановка, многочисленные прогоны и внесение изменений в хореографию буквально отнимает все силы. Кажется, что в моих мыслях только то шоу, что мы должны представить зрителям.

Нет времени даже обдумать все слова Абрамова, да и стоит ли тратить на это свои драгоценные минуты. Не знаю, слушал ли Ризанов запись, поверил ли, но как ни странно, моя просьба не трогать, наконец, дошла до его мозгов. И он даже исполняет ее, что в принципе, кажется удивительным.

Однако, есть какие-то сомнения, что это лишь затишье, что буря все же настигнет. Хочется успеть доделать все свои обязанности, и уехать, чтобы не зацепило. Пусть разбираются здесь сами. Все, что я должна была узнать, я узнала. Остальное совершенно не мое дело, и уж тем более, не должно меня волновать.

Откровенно признаться, я будто немного успокоилась, нет порой еще всплывают кадры с ним. Уже сборная солянка из прошлого и настоящего, но как будто бы я реагирую не так остро. Может быть душа успокоилась, доказав, что я не тот человек, который якобы предал его.

— Вероника? — голос Андрея вырывает меня из собственных мыслей: — Тебя подвезти?

Такси уже едет минут десять, как-никак уже сильно пятничный вечер.

— Я вызвала машину. — показываю телефон неловко улыбаясь.

С Андреем стало как-то проще общаться. Последние дни мы слишком много проводим времени вместе, видимо поэтому я немного привыкла.

— Не говори ерунды, мне все равно в твою сторону. — серьезно замечает он, кивая подбородком на припаркованную бмв: — Поехали. Обещаю, приставать не буду. — подмигивает в конце.

А я нервно улыбаюсь.