Вкус ледяного поцелуя

Вот сука… впрочем, почему же сука, человек выполнял приказ, а приказ – это серьезно. Он дядька тоже серьезный и ответственный.

Предаваясь размышлениям на эту тему, я полетела к Вешнякову. Вид у него, когда он встретил меня, был слегка растерянным.

– Игнатов застрелился? – спросил он с порога.

– Ага.

– Сам? И записку оставил?

– Точно. “Я виноват”. Жену в упор и себе башку снес. Кровищи… ужас.

– Виноват, значит… Что ж, не зря мы, то есть я хотел сказать… Теперь и шофер отпираться не будет. Какой ему резон?

– Резон есть. Положим, никого он не убивал и свято верит в то, что справедливость восторжествует.

– Ага. Я тоже верю. Надо за него браться по-настоящему.

– Неопровержимые доказательства его вины есть? Дело можно передавать в суд?

– Нет, и что?

– Может, поищем доказательства невиновности?

– Ты вроде говорила, что в завязке, развязалась, что ли?

Я выглянула за дверь, тщательно прикрыла ее, вернулась к Вешнякову и тихо спросила:

– Ты очень хочешь быть полковником?

– Слушай, хватит, а? У меня работы полно.

– Я серьезно.

– Серьезно так не говорят. Что у тебя за манера в самом деле?

Я посмотрела на него и наконец решилась.

– Артем, я почти уверена, Игнатова убили. Он мешал московским друзьям нашего Деда. Речь идет о больших деньгах… Очень больших. Дидонов, Игнатов…

– А Дидонов здесь при чем?

Пришлось объяснять. Хорошо, что делать это я умею толково и быстро. Когда хочу, понятное дело.

На Артема было жалко смотреть по окончании моей речи.

– И чего теперь делать?

– Найти убийц, естественно, – пожала я плечами.

– Подожди, если я правильно понял… я правильно понял?

– Правильно, – вздохнула я."

"– Ничего себе… да ты хоть представляешь… шофера в тюрьме замочат, и все. Все. А мы какого хрена полезем? Тебе хорошо, – перешел он на ворчание. – Ты одна, сама по себе. А у меня жена с пузом, второго родить должна через два месяца. Пацану четыре года. И что, прикажешь…

– Мне сегодня старушка-учительница звонила… – Я передала наш с нею разговор.

– Ну, Карпов… Он мне, кстати, никогда не нравился. У тебя какой-то план или так, уток пострелять?

– Прежде всего до Ваньки мы должны добраться первыми. Ему что-то известно, оттого-то он и в бегах. И если ты будешь одним местом груши околачивать, у нас появится очередной труп.

– Я буду, а ты не будешь?

– А у меня этого места просто нет.

– Черт. – Он поспешно поднялся, схватил куртку. – Поехали.

– Секунду. Где фоторобот мужчины, которого видела продавщица? Ну, тот, который сначала серенький, а потом настоящий мужик?

Артем нахмурился, достал из стола листок бумаги и перебросил его мне. Я взглянула и не смогла удержаться от ухмылки.

– Надо же, как же я сразу… – Я взяла карандаш и кое-что в рисунке подправила. Добавила очки, скулы сделала резче, подбородок жестче.